Танец Лезгинка

Лезгинка — является старинным народным быстрым кавказским танцем, а также сопутствующая ему музыка. Иноземцы в древние времена звали народы Дагестана Лезгинами, от этого и произошло название – Лезгинка.

Лек -«лезгин, орел», народы-соседи интерпретировали слово «лек», как название отдельного народа, сами же леки вкладывали понятие «человек-орел».

Трудно встретить человека, который не слышал об этом зажигательном танце, торговые пути, которые проходили через Кавказ, объединяли Европу и восточные страны. Путешественники, проезжавшие Дагестан, не могли не обратить внимание на танец, который до этого нигде не встречали.

Лезгинка – представляет собой своего рода соревнование, которое устраивают между собой молодые люди. Исполнение требует от юношей ловкости и большой силы, а от девушек изящества и плавности. Она очень быстрая и темпераментная. Этот знаменитый танец – отголосок языческих ритуалов, основной элемент которых был образ орла. Образ прекрасно передается исполнителями, особенно в тот момент, когда они встают на носки и раскидывают руки-крылья, начинают описывать плавные круги, как орел, который собирается взлететь.

Описание движений и образа

Очень грациозный, с резкими и четки движениями, а также выпадами, танец служит демонстрацией мужества и духа исполнителя. Зрелищность его достигается пика, когда исполнение происходит в национальных костюмах и сопровождается музыкальным ансамблем. Размер 6/8, темп быстрый, мелодия динамичная и четкая.

В лезгинке присутствует два образа: мужчина – орел и женщина-лебедь. Мужчина чередует стремительный и быстрый темп, самое трудное движение – это стоять на носках, раскинув руки. Женщина танцует, держа крепко осанку, и плавно движет руками. Темп движений исполнительницы растет в соответствии с темпом исполнителя.

Рисунок и образ неизменны и едины, но каждая народность Кавказа имеет свою собственную стилевую разновидность движений, которые используются в танце.

Присутствие в произведениях классики

Лезгинка своей музыкой, у которой четкий ритм и энергичные движения, привлекла внимание многих, известных миру, композиторов. В «Руслане и Людмилу» — Глинка, в «Демон» — Рубинштейн добавили стихийную, бурную и страстную лезгинку.

Танец и музыкальная композиция остается популярной и в наше время, современные исполнители часто ее используют.

Соревнования между исполнителями смотрите на видео и фото, которые присутствуют на сайте.

Северный Кавказ сквозь столетия. Наима Нефляшева

Лезгинка — «танец орла» или символический протест?

Старинный кавказский танец — лезгинка – описан всеми путешественниками, которые активно посещали Кавказ в средние века и новое время.

Народы Кавказа, говорящие на разных языках, исповедующие разные религии, танцуют лезгинку — от западного Кавказа до Дагестана и дальше — по другую сторону Кавказского хребта.

Грациозный танец, с четкими, жесткими и резкими движениями, был не похож ни на один другой – он завораживал и восхищал, создавал особую энергетику везде, где бы его не танцевали. Лезгинка – преимущественно мужской танец, демонстрирующий силу духа и смелость. «Все очень страстно и очень сдержанно, ничего не выплескивается» — так отозвалась о лезгинке современный хореограф Алла Сигалова.

Никто не знает – сколько лет лезгинке, но корни этого танца уходят в древние ритуальные танцы народов Кавказа.

Василий Верещагин. Лезгинка. 1864-1867 гг.

Некоторые ученые сравнивают лезгинку с боевым настроем воинов перед сражением, настолько в нем сильная энергетика.

Есть мнение, что лезгинка – это отголосок древних языческих верований и ритуалов, одним из основных элементов которых являлся образ орла. Этот образ совершенно точно воспроизводится танцором особенно в тот момент, когда он, поднявшись на носки и горделиво раскинув руки-крылья, плавно описывает круги, словно собираясь взлететь. Свое настроение, все свои чувства танцор выражает в этом танце.

Известный культуролог Барасби Бгажноков увидел в мужских танцах Кавказа в их сочетании с женскими особый символический смысл, более глубокое объяснение специфики и темпа, и ритма, и движений. Распространяя его наблюдения на лезгинку, можно предположить, что этот танец есть вообще символический диалог человека с окружающим миром – Небом и Землей.

«Вектор мужских танцев в целом представляется мне космическим; стремление тела вверх, к небу, здесь налицо. В таком направлении действуют гордая осанка, правая рука над головой, вытянутая вверх, танцы на носках, символизирующие опять-таки движение к небу.

В отличие от этого, вектор девичьих танцев — хтонический, ориентированный на земную твердь. Наблюдение за динамикой быстрых парных танцев больше всего убеждает в этом: создается впечатление, что мужчина, как орел, парит над девушкой. Словом, есть основания думать, что все это так или иначе связано с универсальным представлением о взаимосвязи неба как мужского начала и земли как начала специфически женского».

О том, почему лезгинка наполнилась новыми политическими смыслами – читайте в следующем посте.

Следующее утверждении – в словах «лезгинка» и «лезгин» есть общий корень «лек», что означает «орел». И, самое интересно то, что утверждается, что лезгинка – это танец орла

Итак, пойдем по порядку: на самом деле, лезгинка – это танец туров (для справки, тур – это большой круторогий козел, обитающий в горах Кавказа, некоторые говорят, что тур – это символ Кавказа). Обращали ли вы внимание во время танца на позицию рук танцора. Эта позиция представляет собой рог. Неслучайно же танцор становится на пальцы, что тоже взято у туров. То есть, лезгинка – это магический танец. В древности, чередуя круги и переключения ритмов, во-первых, заговаривали жертвенное животное, во-вторых, добивались обретения высшей гармонии, слияния себя с божеством.

Хотелось бы попросить, чтоб вы не рассматривали эту статью как разоблачение. Каждый народ вкладывает свою лепту в развитии общей культуры Кавказа. И лезгинка – это танец, который должен объединять все народы Кавказа потому, что именно в единстве наша сила! Все мусульмане чтят 5 столпов Ислама, так же у все народов Кавказа — столпы лезгинки схожи. Мы должны прославлять свои традиции и культуру теми путями, которые не противоречат культуре других народов, дабы не слышать по новостям, что где-то снова запретили лезгинку.

Старинная лезгинская музыка и танцевальная культура оказали большое влияние на формирование культуры на всем Кавказе. Внимательно прислушайтесь к старинной лезгинской музыке и многим мелодиям, особенно старинным армянского и грузинского народа. Мы здесь найдем много общего. Иначе не могло быть, поскольку эти три народа тысячелетиями жили по соседству, помогая друг другу в беде и радости между собой, обогащая друг друга, особенно в музыкальной и танцевальной культуре.

Известный всемирный танец «лезгинка». Кто его не знает? У истоков этого танца стоял великий талантливый лезгинский народ, ведь чтобы стать таким распространенным, быть таким любимым многими народами, нужны были столетия! Лезгинская культура, включая и советский период либо разрушалась, уничтожалась, либо присваивалась. Нам здесь только остается привести названия лезгинских народных танцевальных мелодий, собранных нашим уважаемым Забитом Ризвановым. Слова и мелодии из них утеряны. Может, кто-нибудь помнит их, запишите и сохраните.

Вот некоторые названия лезгинских народных танцевальных мелодий, приводимых в книге «История лезгин» Ризвана и Забита Ризвановых:

Лезгинка, Апай, Мулейли, Терекма, Магьи дилбер, Перизада, Акъуша, Къавумар,Пекер баха, Гиляр, Шагьсенем, Керем, Къарид руш, Къизилгуьл, Сегьерар и многие другие.

Основой Лезгинки были и остаются такие танцы, как «Дагъларин таватар»,»Зегьметчияр»,»Мехъер»,»Гатфар»,»Кьвепаюнрикай ибарат аскерин кьуьл», “Къуншидин руш”,”Даллай”,”КIанибурун макьам”,”Дагъларин макьам”,”Лезги кьуьл”,”Шарвили” и многие другие.

Знаменитый лезгинский танец «лезгинка» (известен также в Иране под названием «Лазги, лезги», в Грузии «Лекури» , что означает – лезгины(леки) танцуют), который почти в неизменном виде распространен среди всех без исключения кавказских народов, является ни чем иным, как отголоском древних языческих верований и ритуалов, одним из основных элементов которых являлся образ орла. Этот образ совершенно точно воспроизводится танцором особенно в тот момент, когда он, поднявшись на носки и горделиво раскинув руки-крылья, плавно описывает круги, словно собираясь взлететь. Не исключено, что в глубокой древности этот ритуальный танец исполнялся в особом костюме, украшенном перьями орла. Орлы и некоторые другие птицы по сегодняшний день считаются у лезгин священными. Их отстрел и употребление в пищу считается тягчайшим святотатством. Эти запреты, несомненно, связаны с табуизацией тотемических животных, распространенной среди многих народов мира.

Общеизвестная греческая легенда о Прометее, прикованном Гефестом по приказанию Зевса к скале Кавказских гор, и об орле, склевывающим его печень, является аллегорическим описанием предками индоевропейцев чуждого им ритуального обряда погребения кавказских горцев. Прометей, которого бог неба Зевс наказал за то, что он выкрал небесный огонь и передал его людям, является, по всей вероятности, собирательным образом кавказоязычных горцев, раньше других народов овладевших тайной литья и ковки металлов. Под огнем в греческой легенде следует, конечно, понимать не костер, а особый огонь в специальной печи горцев, при помощи которого кавказоязычным кузнецам удавалось плавить и отливать металлы. Эпизод с кражей небесного огня и передачей его людям объясняется просто, если учесть, что до изобретения предками кавказских, анатолийских и балканских горцев плавильных печей только боги владели огнем (молнией, раскаленной вулканической лавой), способным расплавить металл. Не случайно то обстоятельство, что исполнителем кары Прометею явился бог огня и кузнечного дела Гефест, функции которого несомненно указывают на его вулканическое происхождение.

Следует особо отметить, что для обозначения печени и орла лезгины используют одно и то же слово лекь. Не может быть никаких сомнений в том, что это «совпадение» является отголоском давно забытых религиозных ритуалов. Пересечение понятий «орел», «печень», «душа», «мечта» находит свое продолжение и в других восточнокавказских языках: лезгинскому эрзиман «мечта, пожелание» (ср. таб. арзу «желанный, заветный»), которое никоим образом не может быть заимствованием из тюркских или иранских языков, соответствует, например, чечен. эрзу «орел» и чамал. эрцим «беркут» (ср. урарт. арциб — предположительно также «орел»).

Древнейшее население Малой Азии, память о котором сохранилась среди прочего в донесенном до нас древнегреческими источниками этнониме лелег, называло себя, вероятно, также по имени птицы — их тотемического знака. Характерный головной убор (из птичьих перьев) этих древнейших насельников Передней Азии и сопредельных европейских регионов позволяет дать этимологию этнонима лелег (ср. лезг. леглег, авар. лакълакъ «аист», лак. лелуххи «птица», рут. эрфи-лелей «вид орлиных», цез. лела «перо; крыло», из восточно- кавказского субстрата происходит и азерб. лелек «птичье перо»), который мог означать «люди-птицы, крылатые люди».
Название похожего танца грузин картули(кардули), по всей вероятности, также происходит от лезгинского названия кард -сокол, полет которой имитируется танцором.

Родиной «лезгинки», по мнению исследователей, является именно Лезгистан(Алупан — Кавказская Албания, Ширван (VI—XVII вв.), Лакз (VI—XV вв.)), где созданы классические образцы лезгинок, позже перенесенные во все соседние области [Беляев В. Очерки по истории музыки народов СССР. М., 1963].

По словам народного артиста России, лауреата Государственной премии России и Дагестана, художественного руководителя «Лезгинки» Иосифа Матаева, 90% музыки при постановке всех танцев «Лезгинки», будь это татский или аварский танец или танец другого дагестанского народа, написаны заслуженным деятелем искусств Дагестана лезгином Зейналом Гаджиевым.

В первые годы создания «Лезгинки» в ней значительное место занимали танцы лезгиноязычных народов, а музыкальное оформление было основано, в основном, на лезгинских танцевальных мелодиях.

Все свое настроение, все свои чувства,танцор выражает в этом танце.

Во время воин “лезгинка” служила ритуальным танцем наших воинов для поднятия духа.

Также “лезгинка” служила поводом знакомства юноши и девушки, ведь суровые законы гор не позволяют выходить девушкам одним на улицу и познакомиться молодым людям было нелегко. В основном всегда девушки собирались на свадьбах, и тогда юноша , сделав какое-нибудь движение подзывает девушку на танец. В танце, когда девушка собиралась уходить, юноша всевозможными способами преграждал ей дорогу, но ни в коем случае нельзя было касаться девушки, бывали случаи, когда за это убивали.


. Друг друга взглядом лишь касаясь
Их танец в музыке парит
Дует в поэму превращаясь
Как славный диалог звучит.

Сейчас ЛЕЗГИНКА — танец дружбы, любви и счастья.

Источники:
И.ГАДЖИМУРАДОВ, Бонн, ФРГ
Г.И.Абдурагимов Кавказская Албания-Лезгистан
История лезгин Забит Ризванов
Беляев В. Очерки по истории музыки народов СССР. М., 1963

В данный возрастной коридор можно отнести детей, вступивших в период полового созревания.

Подростковый возраст – один из наиболее важных примеров онтогенеза человека. Он характеризуется наличием значительной специфики во всех сферах деятельности [11, с.22-32]. Характерные черты подростков — пытливость ума и жадное стремление к познанию, широта интересов, сочетающиеся, однако, с разбросанностью, отсутствием системы в приобретении знаний. Свои новые умственные качества подростки обычно направляют на те сферы деятельности, которые их больше интересуют. Последнее особенно важно при анализе умственных способностей «трудных» подростков. Интеллект, определенный обычными методами, у юных правонарушителей обычно ниже среднего. В то же время при решении практических жизненных задач в среде подобных им сверстников они нередко проявляют незаурядную смекалку и находчивость. Поэтому суждение об интеллекте «трудного» подростка, основанное только на средних показателях, без учета их специфической жизненной ситуации и интересов, может оказаться ошибочным.

Подростковый возраст характеризуется выраженной эмоциональной неустойчивостью, резкими колебаниями настроения, быстрыми переходами от экзальтации к субдепрессивным состояниям [10, с.24].

Пик эмоциональной неустойчивости у мальчиков приходится на 11-13 лет, у девочек — на 13—15 лет. В старшем подростковом возрасте фон настроения становится более устойчивым, эмоциональные реакции более дифференцированными. Бурные аффективные вспышки нередко сменяются подчеркнутым внешним спокойствием, ироническим отношением к окружающим. Склонность к самоанализу, рефлексии нередко способствует легкости возникновения депрессивных состояний. Подростки по сравнению с детьми более целеустремленны, настойчивы, однако в проявлении этих качеств часто бывают односторонними.

Для подросткового возраста характерно попеременное проявление полярных качеств психики: целеустремленность и настойчивость сочетаются с импульсивностью и неустойчивостью, повышенная самоуверенность и безапелляционность в суждениях сменяются легкой ранимостью и неуверенностью в себе, потребность в общении — желанием уединиться, развязность соседствует с застенчивостью, романтизм, мечтательность, возвышенность чувств нередко уживаются с сухим рационализмом и циничностью, искренняя нежность, ласковость могут быстро сменяться черствостью, отчужденностью, враждебностью и даже жестокостью [11, с.243].

Проблема формирования личности подростка — одна из наиболее сложных и наименее разработанных в возрастной психологии. И.С. Кон [7, с.218] обоснованно подчеркивает, что, говоря о личности подростка, «мы должны постоянно иметь в виду не только хронологический возраст или фазу развития изучаемого индивида, но также:

1) общие свойства культуры и общества, к которым он принадлежит; 2) его социально-экономическое, положение; 3) историческую ситуацию, в которой происходит его развитие, и особенности его поколения (когорты); 4) его пол и 5) его индивидуально-типологические свойства».

Наблюдения показывают, что переход от детства к взрослости бывает тем труднее, чем значительнее отличаются требования, которые предъявляет общество к ребенку и взрослому. Отличаются требования, изменяется понятие о норме, праве, морали и т.д. Таким образом, в работе с подростками наряду с этно-культуральными, социально-экономическими и историческими различиями общества, в котором формируется человек, должно учитываться дифференциально-психофизиологические и, прежде всего половозрастные и индивидуально-типологические особенности подростка [15,с.325].

Важным этапом подросткового возраста является процесс формирования самосознания. Именно в это время формируется осознанное отношение к своим потребностям и способностям, влечениям и мотивам поведения, переживаниям и мыслям. Самосознание выражается также в эмоционально-смысловой оценке своих субъективных возможностей, которая, в свою очередь, выступает в качестве обоснования целесообразности, действий и поступков. В основе самосознания лежит способность человека отличать себя от своей жизнедеятельности. Это отношение к своему осознанному бытию способствует формированию определенного представления о себе самом, о своих способностях и возможностях. Представление о себе (субъективный образ своего «я») складывается под влиянием мнении и оценок окружающих, при соотнесении мотивов, целей и результатов своих поступков с нормами поведения, принятыми в данном обществе.

Важным становится вопрос о смысле жизни, своем месте в мире людей. При этом мировоззренческий поиск отличается крайним максимализмом. Подростку обязательно нужен универсальный ответ, формула, которая разом бы объяснила ему и смысл собственного существования, и смысл существования человечества в целом. Однако познание главной жизненной цели, как верно подчеркивает Д.А. Леонтьев [17,с.241],— это сложный процесс, требующий высокой социальной и моральной зрелости. Тем не менее подросток, в отличие от ребенка, не хочет и не может воспринимать на веру, как должное все, о чем ему говорят взрослые. Он начинает сравнивать слова и поступки взрослых и, находя в них противоречия, вырабатывает собственное отношение к окружающему миру.

Рефлексия, самоанализ, проявляющиеся в основном в поиске смысла собственного существования, сопровождаются переоценкой ценностей, изменением отношений к установившимся «правилам» и авторитетам, склонностью к философствованию, «самокопанию» в ощущениях и переживаниях

Неотъемлемой частью формирования мировоззрения и общественной активности подростка является становление морального сознания, определенным образом связанное с возрастом. Если ребенок в своем поведении ориентируется преимущественно на внешнюю систему правил (можно—нельзя), то у подростка вырабатываются осознанные моральные принципы. Поведение ребенка целиком зависит от внешних влияний, подросток же в своих поступках все чаще ориентируется на внутренние убеждения, собственную совесть.

Давно было замечено, что безапелляционность суждений и категоричность оценок у подростков уживаются с постоянными сомнениями и неуверенностью в правильности своих поступков. Такое противоречие объясняется, с одной стороны, психологической, и прежде всего интеллектуальной, незрелостью, а с другой — поисками осознанных моральных принципов [11,с.328].

Лезгинка танец орла и

Старинный кавказский танец — лезгинка – описан всеми путешественниками, которые активно посещали Кавказ в средние века и новое время.

Народы Кавказа, говорящие на разных языках, исповедующие разные религии, танцуют лезгинку — от западного Кавказа до Дагестана и дальше — по другую сторону Кавказского хребта.

Грациозный танец, с четкими, жесткими и резкими движениями, был не похож ни на один другой – он завораживал и восхищал, создавал особую энергетику везде, где бы его не танцевали. Лезгинка – преимущественно мужской танец, демонстрирующий силу духа и смелость. «Все очень страстно и очень сдержанно, ничего не выплескивается» — так отозвалась о лезгинке современный хореограф Алла Сигалова.

Никто не знает – сколько лет лезгинке, но корни этого танца уходят в древние ритуальные танцы народов Кавказа.

Некоторые ученые сравнивают лезгинку с боевым настроем воинов перед сражением, настолько в нем сильная энергетика.

Есть мнение, что лезгинка – это отголосок древних языческих верований и ритуалов, одним из основных элементов которых являлся образ орла (у лезгин, например). Этот образ совершенно точно воспроизводится танцором особенно в тот момент, когда он, поднявшись на носки и горделиво раскинув руки-крылья, плавно описывает круги, словно собираясь взлететь. Свое настроение, все свои чувства танцор выражает в этом танце.

Известный культуролог Барасби Бгажноков увидел в мужских танцах Кавказа в их сочетании с женскими особый символический смысл, более глубокое объяснение специфики и темпа, и ритма, и движений. Распространяя его наблюдения на лезгинку, можно предположить, что этот танец есть вообще символический диалог человека с окружающим миром – Небом и Землей.

«Вектор мужских танцев в целом представляется мне космическим; стремление тела вверх, к небу, здесь налицо. В таком направлении действуют гордая осанка, правая рука над головой, вытянутая вверх, танцы на носках, символизирующие опять-таки движение к небу.

В отличие от этого, вектор девичьих танцев — хтонический, ориентированный на земную твердь. Наблюдение за динамикой быстрых парных танцев больше всего убеждает в этом: создается впечатление, что мужчина, как орел, парит над девушкой. Словом, есть основания думать, что все это так или иначе связано с универсальным представлением о взаимосвязи неба как мужского начала и земли как начала специфически женского».