Танцы Китая

Содержание

Когда говорят о народных танцах в китайской культуре, большинство людей сразу представляют себе колоритные танцевальные номера представителей различных этнических групп отличных от ханьцев. Между тем с самых древних времен у тех племен, которые позднее стало объединять одно общее название – национальность хань, существовали различные формы ритуальных танцев. Ранние народные танцы в Китае так же, как и другие формы примитивного искусства, являлись в основном ритуальной формой различных суеверий и верований. Эти танцы исполняли, для того чтобы попросить у богов хорошего урожая или хорошей охоты.

Хотя письменных исторических источников, подтверждающих это, не существует, было сделано много археологических находок, свидетельствующих об этом. В частности были найдены изделия из керамики, датирующиеся 4 тысячелетием до н. э. на которых изображены танцоры, держащие в руках копья и другие виды оружия, которые используются для охоты. Похожие изображения были найдены на стенах пещер в Ласко (юго-центральная часть Франции, департамент Дордонь). На этих настенных картинах изображены убитые животные и люди, совершающие ритуальный танец у костра.

Намного позднее, в эпоху правления династии Хань (206 г. до н. э. – 220 г.), развились народные танцы большинства этнических групп, населяющих Китай. В народных танцах, которые появились в это время, также были отражены суеверия и верования людей. Они считали, что, совершая ритуальные пожертвования богам, они смогут убедить их предоставить им в будущем еще большие блага.

В наши дни эти танцы по-прежнему существуют. Правда, сегодня они играют другую роль. Никто уже не просит у богов хорошего урожая или других благ. Народные танцы способствуют единению различных народов и сохранению их культурной самобытности.

Главными китайскими народными танцами являются изображения и Танец льва. Изначально они были частью культурного наследия только ханьцев, но со временем эти танцы стали исполнять и представители других этнических групп, проживающих в Китае. В дополнение к этому одной из наиболее тонких форм китайского народного танца является Придворный танец, которые иногда также называют Дворцовым танцем. Изначально он зародился при дворе ханьских императоров в эпоху правления династии Цинь (221 г. до н. э. – 206 г. до н. э). Другие китайские императоры, включая и тех, которые имели монгольские и маньчжурские корни, продолжили развивать этот вид танцевального искусства. Танец дракона и танец льва обычно исполняют во время празднования Нового Года по лунному календарю.

Основная часть

Народные танцы различных этнических групп

В Китае проживают представители 56 этнических групп. Каждый из этих народов имеет свою уникальную культуру, в которой важное место занимает танцевальное искусство. В танцах каждой этнической группы отражаются особенности религии, культуры и истории этого народа. В танцах разных этнических групп отражаются общие для всех людей темы: любовь, ревность, соперничество, а также способность прощать, материнское благословение и родственные связи. Родственные и общественные связи играют важную роль во многих народных танцах. Одной из главных причин исполнения этих ритуальных танцев является желание почувствовать близость членов общественной группы. Народный танец является одной из самых важных форм художественного выражения китайского народа. В определенном смысле народный танец можно назвать самой простой и самой доступной формой народного театра. И в самом деле, во многих случаях именно народные танцы стали основой для последующего зарождения театра.

В то время как наследие народного танца, которое передавалось из поколения в поколения внутри какой-либо этнической группы, было богатым и разнообразным, оно распределялось среди представителей разных народов неодинаково. Частично это происходило из-за того, что целые страницы этого наследия были потеряны по разным причинам: например, из-за войн или других бедствий. С момента основания Китайской Народной Республики центральное правительство стало уделять большое внимание сохранению культуры, обычаев и традиций различных этнических групп. Благодаря этому и народные танцы получили большую поддержку. Для восстановления утерянных традиций проводились специальные исследования. Результатом этого стало то, что все богатство оригинального искусства китайского народного танца во всех его аспектах – хореографии, репертуаре, костюме – стало медленно восстанавливаться, и сегодня как в самом Китае, так и за его пределами, китайский народный танец признается важной частью культурного наследия, достойной усилий по ее сохранению.

Народные танцы, безусловно, были не простым способом самовыражения — иногда они представляли собой очень сложное и зрелищное действо, в котором сочетались танец, парадное шествие и даже элементы боевых искусств. Такие представления организовывались по случаю официальных церемоний, начиная от банкета в честь высокого гостя, такого, например, как знаменитый итальянский путешественник Марко Поло (1254 г. – 1324 г.), и заканчивая коронацией нового императора. Один или несколько танцев такого репертуара, известного под названием «Придворные танцы», могут иметь сюжетную основу. Сюжет может быть посвящен, к примеру, знаменитой битве, победу в которой одержал правящий император. Примером этого может служить танец, поставленный при дворе Ли Шиминя (Li Shimin, 626 г. – 649 г.), который также известен как император Тайцзун (Taizong). Это представление, созданное в эпоху правления династии Тан (618 г. — 907 г.), напоминало гражданам страны о необходимости сохранять готовность к отражению агрессии любого врага и не впадать в благодушное состояние в мирное время. Сам Ли Шиминь (Li Shimin, 626 г. – 649 г.), будучи еще молодым человеком 19 лет, участвовал во многих военных кампаниях вместе со своим отцом, императором Гаоцзу, который был основателем и первым императором династии Тан (618 г. — 907 г.).

В то же время Придворные танцы могли быть и просто адаптациями народных танцев. В этом случае народные танцы, исполняемые для обычной публики, немного изменялись и в этих танцах появлялись новые роли и новые акценты. В частности простые люди тогда превращались из главных действующих лиц во второстепенных героев или даже в шутов. Иногда случалось и такое: император, узнавший о том, что приглашенные во дворец для представления танцоры на улицах исполняют сценки, высмеивающие двор, мог попросить их показать ему эти сценки. Делал он это для того, чтобы показать подданным свою открытость и смелость.

Далее будут описаны только главные танцевальные формы в Китае: танец Дракона, танец Льва и Придворные танцы. Танец Дракона и танец Льва являются обязательными элементами во время празднования Нового Года по лунному календарю как в Китае, так и в некоторых других странах.

Придворный танец

Танец кавалерии князя Цинь. Этот танец прославляет могущество и величие императорской армии. Он исполнялся для того, чтобы напомнить окружению императора, включая его министров и принцев, о необходимости сохранять боевую готовность, чтобы в любой момент вступить в схватку для защиты родины. В танец кавалерии князя Цинь вовлекалось огромное количество участников. Одних только танцоров, изображающих солдат, было более сотни. Количество певцов и музыкантов было вдвое большим. Представление было таким масштабным, что его можно было сравнить только с грандиозной театральной постановкой. Удивительным является тот факт, что автором музыки и хореографом этого представления стал сам император. Танцевальный спектакль состоял из 12 частей, которые были посвящены подготовке к битве (включая зрелищный танец с саблями), построению в плотные боевые ряды и самим батальным сценам.

Танец Нишан Юи (Nishang Yuyi, Песня бесконечной печали)также был создан императором в эпоху правления династии Тан (618 г. — 907 г.). Император Сюань Цзун сам написал музыку и создал хореографию этого танцевального спектакля. Сюань Цзун известен также под именем Ли Лунцзи. Он правил в период с 712 г. по 756 г. Этот танец часто называют также Танцем платья из перьев из-за того, что костюмы танцоров в одном из актов украшены мягкими пушистыми перьями. В этом акте передается сюжет одной легенды. Императору приснилось, что он отправился на Луну и там, во дворце, он увидел целую группу невероятно красивых девственниц, одетых в перья и розовые облака. Эти девушки танцевали, поднявшись в небеса, специально для него. Император просыпается и рассказывает о том, что ему приснилось, своей наложнице. Чтобы ублажить своего повелителя, любовница воссоздает этот танец для него.

Шоу времен династии Тан,основой которого является придворный танец, созданный в эпоху правления династии Тан (618 г. — 907 г.), является одной из главных достопримечательностей во время путешествия в город Сиань. Все туры в Сиань от компании «Чайна хайлайтс» включают возможность посмотреть это зрелищное шоу. Вне зависимости от сюжета этот танец стал одним из главных танцевальных номеров в Китае. Его ставят всякий раз, когда организуют большие представления. Всем без исключения зрителям, и особенно иностранным туристам, нравятся легкие воздушные движения танцовщиц и их костюмы, украшенные перьями. Другие придворные танцы, многие из которых были переработанными версиями народных танцев, были посвящены разным отдельным темам. Среди наиболее известных других придворных танцев можно назвать танец Ципань, танец Баю и танец Хутэн.

Танец льва (кит. трад. 舞獅, упр. 舞狮, пиньинь: wǔshī, палл.: у ши) – один из традиционных танцев в китайской культуре. Представляет собой фигуру льва, которым управляют двое людей, находящихся внутри фигуры. Базовые движения танца могут быть найдены в большинстве китайских боевых искусств. Как и танец дракона, танец льва традиционно исполняется на различных праздниках и фестивалях, наиболее значительный из которых – Китайский Новый год, широко празднуемый китайской общиной по всему миру.

Северный Китай

На севере Китая львы обычно выходят парой, красный бант на голове при этом отмечает самца, а зелёный – самку. Иногда львы появляются семьёй, когда к паре взрослых добавляется пара более маленьких львов.

Южный Китай

На юге Китая танец более символичен.

Представление традиционно используется для отпугивания злых духов и привлечения удачи. Также, южный лев заметно отличается: здесь используется более широкое разнообразие цветов, голова более чётко отделена от тела, глаза – большие, ко лбу прикреплено зеркало (считается, что демоны испугаются своего отражения), в центре головы также имеется рог. Лев имеет множество различных стилей и вариаций, довольно традиционно участие в танце трёх львов. Танец южного льва берёт свои истоки из Гуандуна.

Танец дракона

Китайский традиционный танец и представление. Как и танец льва, он довольно часто используется на различных празднествах и фестивалях.

Дракон традиционно символизирует в Китае силу и достоинство, сами китайцы иногда называют себя «потомками дракона». Считается, что дракон приносит людям удачу. Танец дракона – важный момент Китайского Нового года, празднуемого китайской общиной по всему миру.

Исполнение

Представление заключается в том, что специальная команда людей, которая иногда достигает 50 человек, держа на шестах дракона, двигается таким образом, что дракон совершает волнообразные движения. Главная задача команды – вдохнуть в безжизненное тело дракона жизнь и движение. Змееподобное тело делится на секции, к каждой из которых прикрепляются шесты, спереди и сзади тела прикрепляют декоративную голову и хвост. Традиционно драконы изготовлялись из древесины и бамбуковых обручей, а затем покрывались тканями. Для изготовления современных драконов используются более лёгкие материалы – пластик и алюминий.

Управлять драконом довольно трудно, это требует специальных навыков. Любые ошибки одного из участников могут испортить всё дело. При длине около 34 м тело обычно делится на 9 главных секций, число обручей при этом достигает 81, а расстояния между обручами – 14 дюймов.

Голова дракона, вес которой иногда достигает 14 кг, должна сотрудничать с телом, хвост также должен двигаться в такт с головой. Длина дракона обычно составляет 25 – 35 метров, но для особо крупных фестивалей используются более длинные модели. Согласно мифам, считается, что чем длиннее дракон, тем больше удачи он принесёт.

Танец в Китае, явившись из религиозных ритуалов, имеет крепкие связи с театром и боевыми искусствами. Большинство форм традиционного танца сохраняются в Китайской Опере. Многие стилизованные движения боевых искусств – также элементы танца.

Ранние формы танца представляли, по существу, ритуалы изгнания нечистой силы в исполнении шамана, хмельные танцы, исполненные в масках, на народных праздниках, которые развились в развлечения под покровительством императора. В древних текстах есть упоминания о танцовщицах, развлекающих гостей на официальных банкетах и дружеских попойках.

Народности Китая, у которых основным верованием является шаманизм, Танец Шамана называют «Тяодашэнь». В одежде, музыкальных инструментах и движениях танца легко обнаруживаются реликты примитивной культуры. Например, шаманы Орочонов и Эвенки украшают одежду костями или зубами животных, чжуагу (бубен) обтянут кожей животного. Танцевальные па напоминают движения медведя, ястреба, оленя.

За исключением масштабных фестивалей (например, ежегодной Ярмарки Надам в Монголии, которая представляет собой театрализованное мероприятие для жертвенных действий), все танцы исполняются в пределах чума. Стиль танца смелый, с немногими шаговыми движениями, но активным действием рук, плеч, талии. Есть танцы, имитирующие поведение ястреба, лебедя, лошади.

Маньчжуры называют Танец Шамана словом Тяоцзяшэнь (привлекательные домашние боги) или Шаоцисян (знаменосцы приглашают богов). Шаман привязывает колокольчик на длинной веревке к талии и держит в руках бубен. Боги, отвечающие за различные категории человеческой жизни, приглашены звуками бубна и колокольчика.

Если шаман пригласил Бога Ястреба, он соответственным образом подражает в движениях полету ястребу и клеванию пищи. Бог Тигра прыгает, царапается. Действия шамана с зажженным ладаном в полной темноте свидетельствует, что прибыл Бог Золотого Цветка.

Изображения фигур танцующих людей были найдены на глиняной посуде 4 500-летнего возраста (Участок раскопок Сунь Чиа Чай, округ Датун, провинция Шаньси). Люди на керамике изображены в танце, связанном с охотой, так как в руках у танцующих оружие. Некоторые из фигур изображены поющими.

В Книге Песен существует запись о танцевальных фестивалях в годы правления династии Чжоу (1100-221 до н.э.). Согласно китайской мифологии, Три властителя, Три Великих – Фу-си, Шэнь-нун и Хуан-ди — научили людей трем танцам. Фу Си дал людям рыбацкую сеть и научил Танцу Гарпуна. Шэнь-нун, создавший земледелие, придумал Танец Плуга.

Хуан-ди (Желтый Император) подарил людям Танец Небесных Ворот. В древних текстах также упоминаются охотничьи танцы и Танец Созвездия, обращавшийся к покровительству богов, чтобы вырастить хороший урожай.

Свои коммунистические победы китайцы стали праздновать, исполняя представительный народный танец «Янгэ» («песня рисового ростка»), комбинирующий музыку, танец и мифологические подвиги, при помощи разных манипуляций с шелковыми платками и разнообразных движений ног. В 1950 году Китайская Коммунистическая партия приняла танец как средство выражения сплоченности деревни и поддержки коммунистической партии, которое так и называется «реформа Янгэ».

Форма народного танца, возникшая в годы правления династии Сун, и в настоящее время очень популярная на севере Китая, особенно среди людей старшего поколения. Танец обязательно исполняется в течение Весеннего Фестиваля. Янгэ легко танцевать. Три быстрых шага вперед, один назад, похлопывание руками и колебания телом.

Интересные факты

  • Обычно китайцы становятся активными ночью и создают оглушительный шум, отпечатывая следы под ритмичные звуки барабана и гонга, сона (типа гобоя) и ча (круглые медные пластины). Нет никакого постоянного числа исполнителей; их может быть два или три, или 20, или более ста. Так же как в зависимости от областей меняется и тема и узор танца. Чиновники, оценивая в количественном отношении поклонников Янгэ, считают, что примерно 60 000 пенсионеров выходят на улицы Пекина, одетые в яркие костюмы или с красной шелковой лентой, повязанной вокруг талии.
  • Горячая линия регистрирует сотни жалоб, но никто из вышестоящих не рискует испортить любимую забаву пожилых китайцев. Популярность танца относят на счет желания весело провести время, ностальгирующего чувства по старым временам, и возможности поддерживать здоровую форму среди пожилых людей. Многие из тех, кто выполняет «Янгэ», говорят, что танец помог им похудеть и избавиться от болей в позвоночнике.

Заключение

В древности танец в первую очередь означал форму физического существования, он помогал привести к полной гармонии разум и тело. В первом тысячелетии до нашей эры китайский танец был разделен на два типа – гражданский танец и военный танец. Великий Танец Чжоу танцоры исполняли с фазаньими перьями, символизировавшими продукты охоты или улова и с флейтами.

Танец со временем развился в ритуально женственное представление, проводимое периодически императором на определенных религиозных участках.

В военном танце танцоры с оружием в руках двигались вперед и назад скоординированными движениями, что в будущем стало представлять не что иное, как военные упражнения. Начиная с династии Чжоу до эпохи пяти династий и десяти царств (907-960), в Китае действовало Бюро музыки и танца, занимавшееся исследованиями народных и культовых танцев, изучением танцев, происходивших из китайских царств и соседних азиатских стран. Оно отвечало за обучение музыкантов и танцоров и развитие придворного танца.

Движения из китайского танца

Развитие танцевального искусства в Китае в 19-20 вв.

СОДЕРЖАНИЕ

ГЛАВА 1. Китайский танцевальный фольклор………………………………..8

1.1. История возникновения танца в Китае…………………………..8

1.2. Народное танцевальное искусство..……………………………..19

ГЛАВА 2. Становление профессионального танца в Китае………………….36

2.2. Синтез музыки, пения и танца в китайской драме……………. 38

2.3. Современное танцевальное искусство…………………………..47

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ……………………………..84

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность исследования.

Народное танцевальное искусство Китая в Украине еще не выступало предметом отдельного научного исследования. В отдельных научных работах фрагментарно выделены некоторые тенденции и аспекты, однако целостной научной картины они не представляют (Кычанов Е.И., Кравцова М.Е., Рифтин Б.Л., Серебряков Е.А., Светлов Г.Е. и др.).

Также мало внимания в научной литературе уделяется проблеме эволюции китайского народного танца, его профессионализации, выделения таких направлений как балет и использование танца в драматическом искусстве. В существующих исследованиях (Алексеев В.М., Баканурский Г.Л., Зинин С.В.) не представлена в полной мере логическая взаимосвязь этих составляющих китайского искусства.

Таким образом, именно актуальность проблемы и ее неисследованость и определили выбор темы магистерской работы «Развитие танцевального искусства в Китае в ХІХ-ХХ вв.»

Танец — совершенно особый вид искусства. Было бы крайне легкомысленно считать танцы лишь развлечением, способом приятного времяпровождения. Танец отражает чувства. Через танец человек познает окружающий мир, учится взаимодействовать с ним. А еще танцы — прекрасное лекарство, помогающее избавиться от многих заболеваний и укрепить здоровье. Танец — один из самых древних видов искусства. Сколько существует человечество, столько оно и танцует. Наскальные рисунки, относящиеся к 8-6 тысячелетиям до н.э., изображают сложные хореографические композиции ритуальных танцев. Тогда танцы носили анимистический характер, то есть их сюжеты складывались на основе наблюдений за животными: образно и выразительно передавались повадки зверей и птиц. У североамериканских индейцев до сегодняшнего дня сохранился танец бизона, у китайцев — павлина, у якутов — медведя и т.п. Постепенно танец становился неотъемлемой частью практически всех обрядовых церемоний, сопровождавших человека от рождения до смерти. Ритуальные пляски объединяли соплеменников, вдохновляли на достижение общей цели. Например, перед началом охоты наши предки исполняли специальный танец, который не только оттачивал охотничьи приемы и навыки, но и укреплял уверенность в успехе. (А как известно, уверенность в успехе — это уже наполовину успех.) В разных культурах изначально формировались свои танцевальные традиции — структура, содержание, типология, ритмика. Плавные, словно перетекающие из одного в другое, движения японского и китайского танца завораживают зрителя. Искусство их исполнения нередко сравнивают с искусством написания изящных иероглифов. Основу индонезийского танца составляют фиксированные четкие па; европейский танец — это сочетание движений солиста и ансамбля, рождающее целостную композицию; в африканском танце много эротического (специфические вращательные и колебательные движения бедер); в индийском классическом танце жесты и движения символизируют чувства и настроения. Кстати, индийское танцевальное искусство самое древнее. Согласно индуизму, создателем и первым исполнителем танцев является бог Шива, который танцуя создал из хаоса Вселенную. В древности к танцу относились очень серьезно.

В Китае даже было создано специальное государственное учреждение — Музыкальная палата (Юэфу), курировавшая певцов и танцоров (их насчитывалось около 800). Танец выполнял не только и даже не столько развлекательные функции, сколько просветительские. Так, исполнитель китайских танцев посредством движений «рассказывал» зрителям об устройстве мира и двух его началах — инь (темное женское) и янь (светлое мужское). Индийские танцы демонстрировали представления индусов об устройстве Вселенной, движении звезд и планет и т.п. Часто танцы служат средством массового внушения, психологического манипулирования. Здесь уместно вспомнить африканские народные танцы и ритуалы шаманов. Обычно они длятся очень долго — несколько часов или даже от захода до восхода солнца. Их ритмический рисунок согласован с ритмикой ударных инструментов («говорящих барабанов») — тамтамов, бубнов. Солист задает ритм, постепенно ускоряющийся и усложняющийся. Движения и звуки оказывают мощное психологическое воздействие на всех участников церемонии — они впадают в экстатическое состояние, помогающее, по их мнению, достичь «просветления».

Танцы могут быть и механизмом массовой релаксации, и способом «выпустить пары» (например, воинственные танцы снимают излишнюю агрессивность). Прошло много веков, мир неузнаваемо изменился, а человек продолжает танцевать. Все внутренние органы и психические процессы функционируют в определенном ритме. Движение Природы — живой и неживой, макро- и микрокосмоса — тоже подчиняется определенному ритму. Человек — часть Вселенной, и потому для него обязательны законы ее существования. Мы можем в течение многих лет ни разу не взглянуть на звездное небо, не подозревать о существовании некоторых планет, но тем не менее испытываем их влияние (например, всем известно, как полнолуние действует на самочувствие и настроение). И чем больше наш внутренний ритм будет соответствовать ритму Природы, тем более гармоничным станет наше бытие. Это хорошо понимали в древности. Наши предки танцевали, когда хотели слиться с природой, энергетически подпитаться от нее.

Последователь суфизма Хазрат Инайят Хан писал: «Здоровье есть состояние совершенного ритма и тона. Музыка есть ритм и тон. Когда здоровье не в порядке, это значит, что музыка в нас неправильна, необходима помощь гармонии и ритма, чтобы привести нас в состояние Гармонии и Ритма». Танец дарит человеку здоровье, понимаемое не как отсутствие болезненных ощущений, а как полнота и естественность жизни, как самореализация. Но танец — это и прекрасный лекарь. Он способствует уменьшению локального мышечного напряжения — так называемых зажимов. Различные движения, вращения, прыжки заставляют напрягаться все мышцы. Одновременно происходит тренировка равновесия и дыхания, улучшаются подвижность и осанка. Любые танцы учат владеть своим телом, помогают скорректировать фигуру.

Связь работы с научными программами, планами, темами. Исследование выполнено на кафедре хореографии Национального педагогического университета имени М.П.Драгоманова в соответствии с учебными программами и планами кафедры.

Актуальность проблемы, ее неисследованность стали причиной выбора темы магистерской работы «Развитие танцевального искусства в Китае в 19-20 вв.»

Объект исследования – танцевальное искусство Китая.

Предмет исследования – процесс становления и развития китайского танцевального искусства.

Цель исследования – отобразить особенности развития народного и профессионального танцевального искусства Китая.

Тема магистерской работы определила такие задания:

— провести комплексный анализ процессов становления и развития китайского танцевального искусства;

— определить особенности и стилистические признаки китайского народного танца, классифицировать его по жанрам;

— осветить особенности формирования китайского народного танцевального искусства как отдельного вида национальной культуры;

— обозначить специфику профессионализации китайского танцевального искусства;

— изучить особенности китайской драмы.

Практическое значение. Материалы исследования могут быть использованы в балетмейстерской и исполнительской деятельности, а также в теоретических курсах («История танцевального искусства», «История китайской культуры» и т.п.) и практических («Народно-сценический танец», «Образцы народно-сценического танца» и т.п.) занятиях.

Структура магистерской работы. Соответственно поставленной цели и заданиям научного поиска работа состоит из вступления, двух разделов, выводов и списка использованной литературы. Общий объем работы – 86 страниц.

ГЛАВА 1. Китайский танцевальный фольклор

1.1. История танца в Китае

Искусство китайского танца родилось даже раньше, чем появился первый литературный китайский персонаж. На керамических горшках с раскопок Sun Chia Chai в округе Ta-tung западной китайской провинции Chinghai изображены цветные танцующие фигурки. Изучение этих археологических артефактов показывает, что люди неолитической культуры Янь-Шао примерно в четвертом тысячелетии до нашей эры уже делали хореографические групповые танцы, участники которых, взявшись за руки и топая ногами, пели под инструментальный аккомпанемент.

Во время Шань и Чжоу-периодов первого тысячелетия нашей эры китайский танец разделился на два вида: гражданский и военный. В гражданском танцоры держали в руках перья, символизирующие распределение пищи, добытой на рыбалке или охоте.

Постепенно гражданский танец эволюционировал в танец, который имел место в исполняющихся за городом периодических императорских священных ритуалах, а также других действах, связанных с религией.

В крупномасштабном военном танце танцоры держали в руках оружие и в едином совместном движении делали шаги вперед и назад. Позже схему этого танца взяли за основу военных тренировок.

Китайцы создавали хореографию движений рук и ног, чтобы выразить свою преданность небесным и земным духам, отобразить повседневную жизнь и разделить с духами и людьми чувство радости и удовлетворения. Танец также исполнял функции искусства, которое доставляло удовольствие выступающим и зрителям.[40]

После создания Бюро Музыки во время правления династии Хань (206 до н.э. – 220 н.э.) была сделана активная попытка сбора народных песен и танцев. В начале третьего века нашей эры северный Китай был порабощен уроженцами Hsiungnu, Sienpi и Western Chiang – так он познакомился с танцами народов Центральной Азии.

Произошло смешение этих танцев с танцами людей династии Хань, которое продолжалось аж до времен династии Тан (618-907 г.) Благодаря стабилизации политической ситуации китайский танец вступил в период беспрецедентного расцвета.

Императорский суд династии основал Garden Academy, Imperial Academy и T’ai-ch’ang Temple, собрав лучшие танцевальные таланты со всей страны для исполнения несравненно роскошного, величественного и внушительного танца «Музыки Десяти Движений» («Ten Movement Music»).

Этот танец соединял в колоссальное зрелище элементы китайских, корейских, синьяньских (Sinkiang), индийских, персидских и центрально-азиатских танцев. Он состоял из замысловатых техник телодвижения и был полон разноцветных праздничных сценических костюмов и бутафории, доводивших до совершенства движения танцоров.

Поэзия, песни, драматический сценарий и музыка на заднем плане вместе составляли сложный «мультимедийный» продукт с богатым содержанием и оформлением. Это был предок современной китайской оперы.

У каждого национального меньшинства или коренной группы населения Китая есть собственные формы народного танца. Народ Miao (также известный как Hmong) с юго-запада Китая, например, создал яркую форму антифонного пения и соревновательного танца; аборигены Тайваня под влиянием особенностей островной жизни в качестве элемента ритуала урожая создали вариант line dance’а, в котором держались за руки.

Народные танцы отражают образ жизни и обычаи людей, обладают общей художественной ценностью и составляют драгоценную часть культурного наследия Китая. Искусство китайского танца родилось даже раньше, чем появился первый литературный китайский персонаж. На керамических горшках с раскопок Sun Chia Chai в округе Ta-tung западной китайской провинции Chinghai изображены цветные танцующие фигурки.

Изучение этих археологических артефактов показывает, что люди неолитической культуры Янь-Шао примерно в четвертом тысячелетии до нашей эры уже делали хореографические групповые танцы, участники которых, взявшись за руки и топая ногами, пели под инструментальный аккомпанемент.[31]

Во время Шань и Чжоу-периодов первого тысячелетия нашей эры китайский танец разделился на два вида: гражданский и военный. В гражданском танцоры держали в руках перья, символизирующие распределение пищи, добытой на рыбалке или охоте. Постепенно гражданский танец эволюционировал в танец, который имел место в исполняющихся за городом периодических императорских священных ритуалах, а также других действах, связанных с религией.

В крупномасштабном военном танце танцоры держали в руках оружие и в едином совместном движении делали шаги вперед и назад. Позже схему этого танца взяли за основу военных тренировок.

Китайцы создавали хореографию движений рук и ног, чтобы выразить свою преданность небесным и земным духам, отобразить повседневную жизнь и разделить с духами и людьми чувство радости и удовлетворения. Танец также исполнял функции искусства, которое доставляло удовольствие выступающим и зрителям.

После создания Бюро Музыки во время правления династии Хань (206 до н.э. – 220 н.э.) была сделана активная попытка сбора народных песен и танцев. В начале третьего века нашей эры северный Китай был порабощен уроженцами Hsiungnu, Sienpi и Western Chiang – так он познакомился с танцами народов Центральной Азии. [8]

Произошло смешение этих танцев с танцами людей династии Хань, которое продолжалось аж до времен династии Тан (618-907 г.) Благодаря стабилизации политической ситуации китайский танец вступил в период беспрецедентного расцвета. Императорский суд династии основал Garden Academy, Imperial Academy и T’ai-ch’ang Temple, собрав лучшие танцевальные таланты со всей страны для исполнения несравненно роскошного, величественного и внушительного танца «Музыки Десяти Движений» («Ten Movement Music»).

Этот танец соединял в колоссальное зрелище элементы китайских, корейских, синьяньских (Sinkiang), индийских, персидских и центрально-азиатских танцев. Он состоял из замысловатых техник телодвижения и был полон разноцветных праздничных сценических костюмов и бутафории, доводивших до совершенства движения танцоров. Поэзия, песни, драматический сценарий и музыка на заднем плане вместе составляли сложный «мультимедийный» продукт с богатым содержанием и оформлением. Это был предок современной китайской оперы.

Народные танцы отражают образ жизни и обычаи людей, обладают общей художественной ценностью и составляют драгоценную часть культурного наследия Китая. История культуры насчитывает уже пять тысяч лет, и как нескончаемый рулон ткани, она раскручивается и проходит своим путем по истории цивилизации, чтобы показать человечеству свои самые возвышенные черты.

Главное место в ней занимают такие вещи, как милосердие, преданность, соответствие нормам поведения и морали, мудрость, надежность, сыновний долг и патриотизм. На исторической сцене, созданной китайской культурой, одна вещь присутствует повсеместно: «Не упускайте драгоценную возможность, когда распространяется праведный Закон».

Представление, посвященное китайскому Новому году, ведет зрителей по кульминационным историческим событиям, используя форму искусства, при этом главная тема раскрывается до самой вершины, что помогает людям очнуться и осознать свои заблуждения.

Во время концерта зрители видят, как исторически переплетены связи между Небесами, Землёй, человечеством и Богами, является ли это прошлым, настоящим или будущим. На сцене с помощью различных видов искусства добро и зло, праведность и греховность, свет и тьма показаны вместе в контрасте. Использовались ли для основы исторические записи, легенды, древнее пророчество или реальные истории из современной жизни, была ли это набольшая инсценировка, танец, песня или музыкальный номер, основная тема находила отклик в сердцах людей.[41]

Открыть глаза мира на уроки истории и раскрыть тайны.
В танцевальной постановке «Сотворение» показано, как собираются Боги, и Будда-Владыка, взглянув вниз на наш мир, объявляет, что он спустится на землю, принесет людям добродетель и спасет их, при этом он приглашает Богов присоединиться к нему. Затем он появляется на Земле императором династии Тан, а Боги — его придворными.

Здесь они создают грандиозную культуру династии Тан.
Г-н Гуань Гуйминь исполнил сочиненную им самим песню «Найди себя», в которой поется:

«Таким безбрежным казался этот мир, не знал я, кто я.
Сколько же жизней прошло? Неизвестно, сколько раз [я рождался]. [Живу] растерянный, не найти помощи, [во мне] только душевное страдание и боль. Как истомилось это жаждущее сердце. Во тьме ночной я плакал из-за того, что [со мной] происходило. Пока однажды я не осознал истину;
Пока Путь, который я искал, вдруг не оглушил меня, как гром, Только тогда я обнаружил, кто я, и сразу вступил на божественный путь».

Песни, исполненные тремя певицами, еще больше побуждали зрителей задуматься. В песне «Милосердие», исполненной контральто Ян Цзяньшен (Yang Jiansheng), говорится:

«Знаешь ли ты, почему я говорю правду? Не для того, чтобы заставить тебя стать похожим на меня. Гораздо меньше хочу, чтобы ты изменил свои убеждения; Хочу только, чтобы ты увидел Ложь этой злой сущности;
Я вмешиваюсь из милосердия; Не могу больше видеть, как ты разделяешь с ней свою судьбу. Поскольку Небо предопределило конец красному дракону,
Я призвана обеспечить тебе благополучие».

Сопрано Бай Сюэ в песне «Найти истину» поет о следующем:

«Так обширны Небо и Земля; Куда идут люди?
Потерянные, путь неясен; Пусть истина станет [им] компасом. Когда придут бедствия, Они не проявят благосклонность ни к бедным, ни к богатым. Но есть путь к спасению — Быстро найти истину!»
Сопрано Цзян Минь исполнила песню «Зачем отказываться», где призывает людей дорожить своими жизнями:»Ты помнишь, мой друг? Мы спустились сюда, как гости. Столько жизней прожито, кого же мы ждали? И что мы искали в этом тумане? А обет, данный когда-то, несешь ли до сих пор его в сердце? Тогда почему отказываешься, когда перед тобой факты? Те, кто идут этим путем, не заблуждаются. Высшие жизни выполняют свои обеты. То, что люди напряженно ждали, сейчас раскрывается. Состояние Богов – извечное милосердие. Но время пролетит, как одно мгновение».[50]

Праздник Весны в Китае отмечается ежегодно в Новый год по традиционному лунно-солнечному календарю (по григорианскому календарю — январь или февраль).

Особенно широкой популярностью праздник Весны пользуется среди китайских крестьян. С ним они связывают окончание зимы, начало пробуждения природы.

Подготовка к празднику начинается с генеральной уборки жилищ: тщательно подметают полы, моют окна. Если же окна не застеклены, а заклеены бумагой, как это широко принято в сельских районах, то старая бумага заменяется новой. Окна и двери жилищ украшаются искусно сделанными красными вырезками из бумаги. Перед дверьми вывешиваются красные фонарики.

К празднику Весны каждый стремится как следует приготовить праздничный стол. В новогоднем застолье особое значение имеют яства, которым присущи те или иные символические значения. Так, круглые новогодние сладкие вареники «юаньсяо» символизируют семейное единство, новогодние пельмени своей формой напоминают серебряные монеты и т. д.

По стародавнему обычаю приход праздника Весны — Нового года встречается оглушительной пальбой из ракет и петард, запуском фейерверков. Треск хлопушек нарастает до рассвета, отгоняя злые силы и нечисть.

Важную роль в церемонии встречи Нового года играют ритуальные танцы, праздничные, театральные шествия. Во всех провинциях Китая существуют разновидности «танца льва». Например, при исполнении гуандунского его варианта на высоте 10 метров на бамбуковой палке подвешиваются кошелек и овощи. Исполняющие танец делают «пирамидальную лестницу», и «лев» начинает взбираться по ней. Достигнув вершины, он хватает приз и прыгает вниз. В провинции Сычуань такой прыжок совершается с высоты 13 поставленных один на другой столов. В пекинском «танце льва» исполнитель роли «льва» должен обладать большой физической силой, так как маска «льва» весит примерно 30—40 килогграммов. Кстати, исполняют этот танец не только в Новый год, но и в день свадьбы, а в некоторых районах провинции Шаньдун — даже во время похорон, в провинции Аньхой — в доме больного, с тем чтобы «отогнать» от него злого духа.[6]

Перед праздником Весны на базарах, в магазинах — большой выбор новогодних картинок, так называемых «няньхуа», которые, как говорят, имеют в Китае двухтысячелетнюю историю.

В произведениях литераторов Ханьской династии (206 год до н. э. — 220 год н. э.) упоминается о том, что их современники вывешивали у входа в свои жилища изображения Шэньту и Юйлэя, чтобы обезопасить себя «от нападения демонов». Согласно древним легендам богатыри Шэньту и Юйлэй — повелители демонов, злых духов. Они стерегли вход в обиталище демонов, «не позволяя им совершать оттуда набеги». Желая защититься от злых духов, китайцы стали рисовать цветные изображения Шэньту, Юйлэя и тигра и вывешивать их как обереги на дверях и воротах. Отсюда и берет свое начало обычай в Новый год наклеивать у входа в жилища изображения «духов ворот».

Со временем новогодние картинки, выполняющиеся в традиционном стиле, стали создаваться и на другие сюжеты. Люди на этих картинах, как правило, изображаются анфас, женщины и дети — большеголовыми. Одежда раскрашивается в яркие, резкие тона.

Одним из популярных народных праздников в Китае является Дуаньу (5-й день 5-го месяца по лунному календарю, май-июнь — по григорианскому). К этому празднику принято устраивать на реках и озерах гонки на лодках, готовить специальные пирожки «цзунцзы». Их делают из клейкого риса обычно в виде треугольных пирожков, завернутых в листья бамбука. В праздничных гонках на воде участвуют быстроходные длинные лодки с драконьей головой, установленной на носу, и хвостом дракона на корме. В лодке — несколько десятков гребцов. Гонки проводятся под звуки гонгов, барабанов, под шумные выкрики многочисленных участников праздника.

По преданию, сам праздник и обычай бросать в воду «цзунцзы» и устраивать гонки на лодках связан с памятью поэта-патриота Цюй Юаня из княжества Чу. За свои патриотические произведения и убеждения поэт был изгнан из княжества злым правителем и более 20 лет скитался в чужих краях. Узнав о страданиях своей страны и гибели княжества, Цюй Юань бросился в реку Милоцзян (провинция Хунань). Говорят, что Цюй Юань покончил с собой в 5-й день 5-го месяца.

В память о поэте-патриоте народ в этот день стал устраивать гонки на лодках. Этот обычай, как объясняют, связан с тем, что жители княжества Чу на лодках искали труп Цюй Юаня в реке, а «цзунцзы» бросали в реку «драконам» и рыбам, чтобы они не трогали тело поэта.

В 15-й день 8-го месяца по старому китайскому календарю отмечается праздник Середины осени — Чжунцю. Обычно в это время стоит «золотая осень» и наступает полнолуние. К празднику во всех кондитерских продаются «лунные лепешки», популярные в народе.

С праздником Чжунцю связано много легенд, повествующих о луне. Одно из преданий рассказывает о красавице фее Чан Э — жене знаменитого стрелка из лука Хоу И, которая, тайком выпив эликсир бессмертия, улетела на луну.

Праздник Дуаньци, или Цицяо (7-й день 7-го месяца по старому календарю), существовал в Китае еще до Танской династии (618—907).[25]

В одной легенде рассказывается, что на небе жила фея-ткачиха, которая полюбила пастуха, жителя земли. Ткачиха и пастух поженились. Когда об этом узнала небесная императрица Си-ванму, она заставила фею вернуться на небо. Вдогонку за ней на волшебном буйволе погнался пастух, но дорогу ему преградил Млечный путь. С тех пор пастуха и фею навсегда разлучил Млечный путь. Но ежегодно, как гласит предание, в 7-й день 7-го месяца прилетают на небо сороки и образуют мост, чтобы влюбленные могли встретиться.

По обычаям накануне праздника девушки молят небесную ткачиху о даровании мастерства. При лунном свете девушки должны вдеть нитку в игольное ушко, удачливые считаются овладевшими мастерством ткачихи. Отсюда и название «Цицяо» — моление о даровании мастерства.

1—2 марта, в канун Нового года по тибетскому календарю, в Пекине в храме Юнхэгун ежегодно происходит традиционная ритуальная церемония «Избиение дьявола».

По преданию в старину жил злой тибетский сановник Лондармо. Он разрушал храмы, казнил священников-лам; жизнь в Тибете сделалась невыносимой. Наконец нашелся безымянный храбрец, который, спрятав во время танца кинжал в рукаве халата, убил тирана.

Постепенно культовый танец на этот сюжет стал традицией.

Другая версия возникновения этого ритуального танца приводится в древних буддийских канонических книгах на тибетском языке. На 57-м году жизни Шакьямуни, как рассказывают легенды, наступил расцвет буддизма, но сторонники других религий начали борьбу с Шакьямуни. Буддизм вышел победителем в этой борьбе, и в честь этого ежегодно начали отмечать День добрых пожеланий. В этот день ламы читают канонические книги, танцуют ритуальные танцы, тем самым «уничтожая все злые силы».

Автор работы присутствовал на красочном праздновании по случаю церемонии «Избиения дьявола», которая проходила на площади перед воротами Чжаотай храма Юнхэгун в Пекине. Возле ворот были сооружены временные подмостки, на которых с левой стороны расположился оркестр тибетских национальных инструментов — большие тарелки, тибетский барабан, длинные трубы «чандун», рожки.

Церемонией руководил лама в ритуальном костюме. В центре подмостков был установлен символ дьявола в виде черепа. Заиграла музыка, и, пританцовывая, появился лама в маске «будды смеха» со своими мальчиками-слугами. Трубы и рожки возвещали о появлении все новых и новых участников танцев — двенадцати небесных богов и воителей в красных, желтых, синих и багровых масках небесных богов, в масках быков, оленей и злого духа. Танец этот исполнялся в одиночку, парами и группами по четыре человека. Некоторые танцевали вокруг изображения дьявола, потрясая «священным оружием» — они показывали, как нужно уничтожать дьявола. Наибольшее внимание верующих привлекал танец быка. По преданию, Шакьямуни превращался в быка для того, чтобы «уничтожить злые силы», поэтому, когда лама в маске быка выходит на подмостки, буддисты в знак особого уважения преподносят ему белый священный шарф-хадак.

В заключение празднества двенадцать небесных богов, бог-олень и бог-бык в сопровождении всех небесных воителей исполнили общий танец. Среди танцующих находился и актер, изображавший бога Люйдуму, который веревками, оковами, молотом, мечами и другим «священным оружием» загонял все злые силы и чертей в «череп» дьявола, установленное на помосте. После этого танцоры-боги сволокли изображение дьявола за восточные ворота храма и там сожгли его. Это символизировало победу над всеми злыми силами и окончание церемонии в храме Юнхэгун.[33]

Когда исчерпается культура Коммунистической партии Китая, когда люди смогут вновь понять традиционную культуру, они увидят, что всё в ней, даже истории, весьма проникновенно.

Некоторые из этих историй, такие как «Преданность Юэ Фэя», «Сон Дуньхуана», «Монах, который много терпел» и «Хуа Мулан» учат людей быть преданными, проявлять милосердие, самоотверженность, терпение и уважение к Богам.

Танцевальные номера концерта, включая традиционные танцы времени правления династии Тан и династии Цин, начиная от изысканных танцевальных движений Дай до энергичного и мощного танца монгольских пастухов, представили ослепительно богатое культурное наследие Китая.
Сегодня в Китае распространяется Великий Закон, но его добрые последователи подвергаются жестоким преследованиям.

В церемониях со свечами, проводимых по всему миру, пламя каждой свечи символизирует трагическую, и в то же время вдохновляющую историю практикующих Дафа, проявляющих полную самоотдачу в поисках истины и спасении людей всего мира. В танце «Что посеешь, то пожнешь» рассказывается о практикующей Фалуньгун, которая была убита преследователями, но она достигла Просветления и возвратилась на Небо, а преследователи, которые следовали приказам Коммунистической партии Китая, были брошены в Ад.

Во время представления зрители испытывают состояние гармонии и радости, которое, возможно, люди будут ощущать в совершенно новом мире, когда зло будет побеждено. Кружащиеся одеяния из желтого шелка выглядят так, как будто их соткал Фалунь. Радуга цветов, представленная на сцене, наполняет сердце таким ощущением, которое в человеческом мире называют настоящим счастьем.

Чистый внутренний мир и изящная техника создают захватывающее представление. Внутренняя гармония и чистота исполнителей, являясь отражением божественной части, наделяют каждое выступление собственной жизнью. Танцы отразили дуальность силы и мягкости, а музыка была, как горы и долины.

Время от времени человека наполняли трепет и волнение, а в следующий момент музыка омывала вас легкой ласковой волной. Музыка эрху сразу же наполняла человека сладостно-горькой тоской и вдохновляла его, в то время, как военные барабаны волновали кровь и потрясали душу. Необыкновенный дизайн заднего плана не только составлял часть сцены, но будил воображение зрителей и приглашал их прямо на сцену в мир исполнителей.

Для зрителей весь вечер происходило волшебство. Своим успехом представление обязано не только глубокому содержанию программы, но также высокому мастерству и внутренней чистоте исполнителей.

Каждое движение танцоров, каждый звук, издаваемый певцами или исполнителями музыки, «даже их каждый взгляд», были чистыми и самоотверженными. Чистое праведное поле, создаваемое внутренним состоянием исполнителей, обладало мощью и силой, и, как огонь, зажигало сердца и умы зрителей.[62]

Это представление уже вызвало настоящую реакцию повсюду, где оно прошло. Нам кажется, что в ближайшем будущем люди все больше будут осознавать важность этого представления для всего мира.

1.2. Народный танец

ТАНЕЦ СЕНЕМ. Это старинный народный танец, самый популярный среди уйгуров. Уйгуры в большинстве своем проживают на северо-западе Китая, в Синьцзян-Уйгурском автономном районе. Уйгуры – прекрасные певцы и танцоры, ими создано огромное множество народных танцев.

Уйгуры любят устраивать веселые вечеринки в праздничные дни, на свадьбах или дружеских встречах. Обычно все жители села собираются в доме хозяина вечеринки, и во время застолья танцуют Сенем.

Танец отличается свободой и легкостью, движения не ограничиваются, танцуют кому как нравится, лишь бы попадали в ритм музыке. Танец может исполняться одним или парой танцоров или несколькими людьми. Красивые и плавные движения головы, плеч, рук, талии и ног, легкость и ловкость танцоров делают танец необычайно интересным. В большинстве своем танцевальные па взяты из жизни, как например, снятие шляпы, закатывание рукавов, скрещение рук и т.д. Танец, начинающийся в среднем темпе, переходит к быстрому, в самый разгар веселья люди кричат «Кай – на!», (что означает примерно, давай, жарь!) Громкие выкрики, быстрые музыкальные ритмы подогревают настроение и веселье достигает кульминации.

Поскольку Синьцзян раскинулся на огромной территории, то в разных его регионах танец Сенем приобрел свои особенности. Например, в Кашгаре на юге Синьцзяна танец более раскован, движения быстрые и легкие, движения кистей и па более грациозны и разнообразны. На севере Синьцзяна, представленном Или, танец вобрал в себя элементы других народов, в нем движения более размашисты, быстры, иногда танцор внезапно замирает на мгновение и делает шуточные движения. В восточном Синьцзяне, представленном районом Хами, ритм танца более замедлен, движения в нем более спокойные, кисти рук полусжаты, руки делают волнообразные движения над головой.

Музыка танца, основанная на народных мелодиях разных районов Синьцзяна, очень мелодична и имеет ярко выраженный ритм.

ТАНЕЦ ДОЛАН. Это старинный танец уйгурского народа с законченными формами и энергичными движениями. Танец отображает процесс охоты древних уйгуров на дикого зверя. Танец включает следующие этапы: призыв на охоту, поиск зверей с факелами, борьба с диким зверем, преследование зверя, облава и радость удачной охоты.

Вечером после охоты люди садятся в круг праздновать. Вступает музыка, певцы затягивают песню, затем ручные барабаны отбивают ритм. Все встают и разбиваются на пары, обычно на мужские и женские.

Барабаны ускоряют темп, танец также из плавного переходит в стремительный, партнеры начинают кружиться, соревнуясь в быстроте, наконец в центре круга остается один человек, он стремительно кружится то в одну то в другую сторону, пока не останавливается под возгласы и аплодисменты.

Музыка, сопровождающая танец, называется «долан мукам», ее отличает строгая концепция и традиционный колорит степного народа. В настоящее время сохранилось девять мелодий, имеющий каждый отдельное название.

ТАНЕЦ «САДЬЯНЭ». Этот коллективный танец исполняется в дни праздников или торжеств, он распространен во всем Синьцзяне, особенно на юге этого региона. Садьянэ обозначает на уйгурском языке «веселье».

Садьяне – непринужденный, веселый танец, число участников не ограничивается, нет и единой формы танца, каждый танцует в меру своих способностей и фантазии. Танцоры делают легкие прыжки, поочередно поднимая ноги и вращая кистями рук над головой.

Музыка танца также не имеет жестких рамок, длина куплетов и перепевы часто варьируются в зависимости от обстановки.

Число музыкальных инструментов также меняется, интересен и состав оркестра: это могут быть дудки «сона» разной длины, железные барабаны или разной величины ручные барабаны, а могут быть и струнные инструменты в сопровождении ручных барабанов.

ТАНЕЦ «НАЗЫРКУМ». Этот танец, зародившийся в Турфане, очень популярен в районах Шаньшань, Токсун, Хами и исполняется на свадьбах, праздничных торжествах или вечеринках.

Назыркум – мужской танец, исполняется двумя партнерами. Исполнители танцуют под оркестровую музыку и песню. Содержание песни не имеет отношения к танцу, она только задает тон. Сначала танцоры танцуют сами по себе, потом с нарастанием ритма начинается азартное соревнование. Зрители вокруг в такт музыке громко подбадривают танцоров.

Танцевальные движения отличаются свободой, энергией, оптимизмом и юмором.

ТАНЕЦ С БЛЮДЕЧКАМИ. Этот танец является одним из старинных народных танцев уйгуров. Это женский танец, очень лиричный и пластичный.

Исполнительница держит на голове пиалу, а в обеих руках по блюдечку и палочке. Следуя ритму музыки танцовщица пляшет, ударяя палочками по блюдечкам. Некоторые танцовщицы исполняют цирковые трюки, например, наливают чай в пиалу на голове, или держат во рту ложку, ручкой ударяя по пиале на голове.

Танец обычно сопровождается лирической народной песней, раздольной и красивой.

ТАНЕЦ САБАЙ. Сабай – ударный инструмент уйгуров, представляющий собой деревянную палку полуметровой длины, на одном железном конце которой вделано два кольца. Во время исполнения музыкант, держа палку в правой руке, ударяет железным концом о правое плечо и трясет ею, при этом железные кольца издают мелодичный звук. Танец с этим инструментом и называют Сабай. Он исполняется мужчинами и довольно популярен на юге Синцзяна, а районе Кашгара.

Уйгуры исполняют этот танец на веселых сборищах в честь праздника. В самый разгар веселья танцор выходит на середину, начинает танцевать, потрясая кольцами сабай и отбивая ритм под восторженные крики зрителей.

Танец Сабай имеет очень четкую и быструю ритмику.

ТАНЕЦ С КАМНЯМИ. «Камни» — также один видов народных ударных инструментов уйгуров. Танцоры держат в руках две каменные пластины и ударяют ими друг о друга, издавая звонкий звук. (Сегодня камни заменены стальными или алюминиевыми пластинами).

Танец зародился и распространен в районах Аксу, Кашгара, Шаче, Хэтянь южного Синьцзяна. Исполняют его мужчины, движения размашисты и жестки, звонкое стаккато каменных пластин то в быстром, то в медленном ритме играет роль сопровождения.[18]

Тибетцы – одна из наиболее многочисленных народностей Китая, (всего в нашей стране 56 народностей). Они расселены на довольно обширной территории, в основном в Тибетском автономном районе, а также в провинциях Цинхай, Ганьсу, Сычуань, Юньнань и др.

Тибетцы исповедуют ламаизм. Тибетский народ создал множество песен и танцев, несущих богатое культурное наследие и оригинальных по форме. Ввиду того, что тибетцы расселены очень широко, находятся в разных бытовых и производственных условиях, более того, соседствуя с разными народностями, переняли разные культуру и обычаи, народные танцы тибетцев в разных регионах отличаются друг от друга.

Тибетские танцы можно разделить на два вида: народные увеселительные и культово-ритуальные танцы. Народные коллективные танцы-хороводы, сопровождаемые песнями, носят общее название «Се», а коллективные танцы-хороводы сценического характера обычно называются «Чжо». В танцах «Чжо» часто употребляются в качестве реквизита барабаны.

«ТАНЕЦ ГОСЕ». Этот танец-хоровод один из любимейших среди тибетцев и распространен во многих районах Тибета. В праздничные дни люди поют и танцуют его ночь напролет. Под мужское и женское соло, чередующихся с хоровым пением танцоры, взявшись за руки, водят хоровод, отбивая ногами четкий ритм.

В южных горных районах Тибета «ТАНЕЦ ГОСЕ» имеет свои отличительные особенности. Сначала мужчины и женщины образуют два полукруга и с пением ходят против часовой стрелки. Затем после клича ведущего «Сю-сю-сю» или «Цы-цы-цы» люди начинают пляску в стремительном темпе, при этом мужчины и женщины как бы соревнуются между собой в скорости.

Наконец в азартный и напряженный танец вплетается быстрая шутливая припевка ведущего, после чего все танцоры издают дружный клич, которым завершается танец.

«ТАНЕЦ ГОЧЖО». Танец-хоровод «Гочжо» — один из любимейших и часто исполняемых танцев тибетцев. Танцоры своеобразным языком имитируют повадки и позы зверей, объясняются в любви и т.д. В разных районах танец называется по-разному и имеет свои характерные особенности.

Например, в сельских районах этот танец состоит из медленного пения и быстрого танца, темп меняется от медленного к быстрому. Сначала мужчины и женщины, держась за руки или обнявшись за плечи, образуют два полукруга.

По очереди запевая песню, танцоры, выбрасывая ногу и притопывая, движутся по кругу. Когда песня заканчивается, люди с дружным криком «Я—я!» начинают быстро плясать, размахивая длинными рукавами, вертясь, приседая, вращая бедрами. В момент кульминации люди подбадривают себя громкими выкриками. Танец заканчивается на самой высокой скорости.

В скотоводческих районах танец исполняется почти одинаково, движения включают размахивание руками, прыжки, повороты.

«Гочжо», распространенный на юге провинции Ганьсу отличается от «Гочжо» Тибетского автономного района. В этом танце движения более энергичные, прыжки и вращения более естественны, в нем чувствуется местны й колорит. В праздничные дни или на дружеских сборищах люди весело танцуют «Гочжо». По большим торжественным праздникам на танцы сходятся тысячи тибетцев в праздничных костюмах.

«ТАНЕЦ ДУЙСЕ». Тибетцы называют высокорные районы Тибета в верховьях реки Ялуцзанбуцзян – Динжи, Лацзы, Шацза, Али общим названием «Дуй». Танцы-хороводы, распространенные в здешних сельских районах, называют «Дуйсе». Впоследствии танец «Дуйсе» стал популярным также в Лхасе и других местах благодаря производному от этого танца сценическому мужскому танцу-чечетке.

«Дуйсе» имеет длительную историю. До 17-го века танец сопровождался только пением, затем с появлением щипкового инструмента «Люсянь», он стал играть прелюдию, интермеццо и заключительную часть песни.[23]

В середине 17-го века однажды во время праздника снега «Сюэдунь» (отмечается раз в год) в Лхасе со всех концов Тибета собрались труппы тибетской оперы. В программе одной из оперных трупп был показан мужской танец «Дуйсе» в сопровождении инструмента «Люсянь», блестящее выступление танцоров вызвало всеобщее восхищение. С тех пор этот танец стал популярным в Лхассе.

Позднее народные мастера усовершенствовали концепцию и фигуры танца, к основным па добавили ритм чечетки. Так зародился новый танец «Чечетка-тита».В наши дни танец сопровождают инструменты янцинь, флейта, хуцинь, колокольчики и др.

Благодаря усовершенствованиям мужской танец «Чечетка-тита» стал популярным сценическим танцем. Кроме того, для повышения техничности танца к ногам танцоров прикрепляется множество колокольчиков, которые усиливают звуковой эффект. Искусные танцоры могут даже манипулировать колокольчиками.

«ТАНЕЦ СЕ». Народный танец, распространенный в районах проживания тибетцев в провинциях Сычуань и Цинхай, а также в самом Тибете.

В праздничные дни тибетцы собираются вместе, мужчины и женщины образуют круг или становятся в два ряда лицом к лицу. Обычно музыкант, играющий на хуцине, стоит во главе ряда и ведет танец. Под музыку и пение танцоры то смыкают ряды, то расходятся, то изображают фигуру извивающегося дракона, то имитируют походку павлина.

«ТАНЕЦ ЧЖО». Тибетцы называют «Чжо» те танцы-хороводы, которые носят характер представления. Танцы «Жэбачжо» и «Жэба» относятся к этому виду танца.

«ЖЭБА» называют представление бродячих артистов и музыкантов, оно состоит из народных танцев, танца «колокольчиков и барабанов», а также разыгрываемых небольших пьесок.

«ЖЭБАЧЖО» представляет собой танец «колокольчиков и барабанов» и другие танцы, требующих известного мастерства. Исполнители танца «Жэбачжо», мужчины с колокольчиками в руках, женщины с плоскими барабанами и палочками в форме лошадиных копыт бегут по кругу, очищая пространство для представления.

Затем женщины исполняют коллективный танец барабана, показывая искусную технику ударников. После них под бой барабанов исполняется мужской сольный танец. В заключение на «бис» снова выходят женщины, однако теперь танец барабанов сильно отличается от первоначального силой и экспрессией, сложными фигурами и движениями.

«ТАНЕЦ ЧЖОСЕ». Тибетцы издревле считают, что «барабан» приносит людям счастье и радость, что он необходим для того, чтобы получить благословение святых духов. Во время ритуальных и праздничных торжеств непременно представляют танец с барабанами.

На юге Тибета распространен мужской танец с барабанами «Чжосе», имеющий длительную историю и чрезвычайно популярный среди тибетцев. Танцуют его мужчины с плоскими барабанами через плечо, на котором играют палочками в виде копыт.

«Чжосе» исполняется во время торжественных обрядов встречи или проводов. Число исполнителей должно быть четным, танец сопровождается не музыкой, а звоном колокольчиков, которые привязывают к коленям танцоров.

Весь танец состоит из трех частей: первая часть – только танец, сначала медленный, затем постепенно наращивающий темп. Танцоры играют на барабане, совершают прыжки, меняют ряды. Иногда танцоры демонстрируют искусство игры на барабане. Вторая часть – песенная. Танцоры встают в полукруг лицом к зрителям и поют веселую песню. Третья часть – пение под бой барабанов.[47]

Культово-ритуальный танец «ЦЯМ». «Цям» — самый важный храмовый танец тибетцев. Происхождение танца и его распространение тесно связаны с историей зарождения и развития ламаизма (одной из ветвей буддизма). Ввиду существования различных направлений ламаизма, танец «Цям» имеет различия в форме танца, в используемых реквизитах, в костюмах исполнителей и т.д.

Торжественные мероприятия «Цям» проводятся в день рождения Будды Шакьямуни, в Новый год по тибетскому календарю и другие важные религиозные праздники во всех крупных ламаистских храмах страны.

Во время торжеств с крыши храма раздаются громкие торжественные звуки, издаваемые дудкой «сона», трубами, барабанами. Под эту музыку на площадь в соответствии с иерархией святых выходят старые и молодые ламы – исполнители танца «Цям».

Они обряжены в маски святых и животных, в руках у них культовые предметы или оружие. Их выход знаменует приход святых духов в земной мир. Приплясывая и кружась под культовую музыку процессия обходит площадь, принимая поклонение коленопреклонных верующих. Такова прелюдия торжества.

Затем следуют религиозные танцы на разные темы, в том числе «ТАНЕЦ КАРАЮЩЕГО СВЯТОГО», «ТАНЕЦ ЗЛОГО ДУХА», «ТАНЕЦ СВЯТОГО ЦЗИНЬГАНА», символизирующие магическую власть святых; «ТАНЕЦ СКЕЛЕТОВ», показывающий игры чертенят в аду: «ТАНЕЦ СВЯТОГО ОЛЕНЯ», «ТАНЕЦ ДОЛГОЖИТЕЛЯ», «ТАНЕЦ ВОЛШЕБНОГО ЖУРАВЛЯ», сулящие человечеству счастье и благополучие.

Кроме того, исполняются также танцы, повествующие о разных эпизодах из истории буддизма. Эти танцы-легенды, разные по форме и содержанию, тесно переплетены друг с другом, их отличают искусно изготовленные маски и костюмы. Обычно все эти танцы отличаются торжественностью и мрачностью, за исключением «ТАНЦА СКЕЛЕТОВ» и «ТАНЦА СВЯТОГО ОЛЕНЯ», которые отличаются довольно сложной хореографией.

В ходе торжеств программа иногда прерывается показательными соревнованиями монахов-лам в борьбе или боевом поединке, чтобы поднять настроение собравшихся зрителей.

Заключительная часть торжества называется «Изгнание нечистой силы». После завершения обряда изгнания святые собирают всю нечисть в главаре нечисти «Дома» (его чучело изготавливают из топленого масла и муки цзанба), выносят его за пределы храма и сжигают на костре.[11]

Мяочане в большинстве своем проживают в юго-западной части Китая, провинции Гуйчжоу, а также частично в провинциях Хунань, Сычуань, Гуанси и Юньнань.

ТАНЕЦ «ЛУШЭН». Танец Лушэн популярен во всех районах проживания мяочан, особенно в юго-восточной и северо-западной частях провинции Гуйчжоу, а также в горах западной Гуанси. «Лушэн» — духовой музыкальный инструмент, мужчины играют на нем во время танца, женщины же только танцуют под музыку. Хорошие исполнители Танца Лушэна пользуются большим уважением, в прошлом умение парней в этом танце было одним из важных условий, по которым девушки выбирали женихов.

В новогодний и другие праздники, например, в Праздник урожая, на свадьбах и похоронах, на молодежных гуляньях, при обмывании нового дома или культовых мероприятиях мяочане обязательно исполняют этот танец. В зависимости от характера торжества танцы делятся на развлекательные, бытовые, сценические, культовые и обрядовые.

Развлекательный Танец Лушэн – самый распространенный тип танца. Обычно в нем участвуют и мужчины и женщины, независимо от возраста, причем танцуют его коллективно, в любом месте, на лугу, на дамбе или на склоне горы. Чаще всего танцуют так: мужчины с малыми лушэнами, женщины с цветными платочками образуют два круга, в центре которых танцуют мужчины с большими лушэнами. Оба круга под музыку водят хоровод. Может быть и другая форма танца: впереди идут пары музыкантов, за ними водят хоровод женщины, которые меняют фигуры в такт музыке.

Обрядовый Танец Лушэн. Этот танец исполняют молодые парни в «Праздник цветочной горы» не только ради веселья, но и в целях выбора невесты. Наиболее известны танцы этого типа под названием «Подари мне ленту», распространенный в юго-восточной части провинции Гуйчжоу и танец «Веду овечку», популярный в центральной части этой провинции.

Танец «ПОДАРИ МНЕ ЛЕНТУ»танцуют юноши, играя на лушэне и подражая птицам кивая головой, они просят цветную ленту у полюбившейся девушки. Если девушке понравился парень, она повязывает вытканную ею разноцветную ленту на музыкальный инструмент. В этом танце чувства исполнителей выражаются главным образом в музыке, танцевальные фигуры несложные.

«ВЕДУ ОВЕЧКУ» танцуется так: впереди идут юноши, играя на лушэне и пританцовывая, за ними следуют девушки. Если какой-либо девушке приглянулся парень, она повязывает ему на пояс вытканную собственными руками разноцветную ленту в знак любви и держась за другой конец следует за ним в танце. Иногда искусный танцор может вести на поводу несколько девушек, в таком случае, кого он выберет, остается неизвестным.

Сценический Танец Лушэн обычно представляют в праздники или на массовых гуляньях. В некоторых районах популярны танцы-состязания, или коллективные между селениями, или личные. В этом виде танца нет определенных правил, некоторые демонстрируют высокое мастерство, другие покоряют актерской игрой, иммитируя повадки птиц и зверей.

Культовый Танец Лушэн исполняется под бой деревянных и медных барабанов. Танцуют его обычно пожилые люди с огромными лушэнами, достигающими 1-3 метров в длину.

Обрядовые Танцы Лушэн принимают различные формы в зависимости от обстоятельств. К примеру, на свадьбах или гуляньях по случаю завершения нового дома люди танцуют легко и весело, на похоронах танец выражает скорбь и сочувствие родне покойного, поэтому движения его медленны и торжественны, кроме только обычая прыгать через гроб.

ТАНЦЫ С БАРАБАНОМ. Это народный танец мяочан, насчитывающий многовековую историю. Барабаны изготавливаются из дерева или меди.

Поскольку мяочане проживают разбросанно, в языке, одежде, обычаях существует множество различий, также и танцы отличаются многообразием форм и стиля. К примеру,«ТАНЕЦ ЦВЕТНЫХ БАРАБАНОВ», «ТАНЕЦ БАРАБАНОВ СПЛОЧЕНИЯ», «ТАНЕЦ БАРАБАНОВ ГОДА», «ОБЕЗЬЯНИЙ ТАНЕЦ БАРАБАНОВ», «ТАНЕЦ БАРАБАНОВ С ПРИТОПОМ»и многие другие играли определенную функцию в некий исторический период. Сегодня эти танцы превратились в одну из форм культурного досуга и развлечения мяочан.

«ТАНЕЦ ЦВЕТНЫХ БАРАБАНОВ» часто исполняется во время традиционных праздников в районах проживания мяочан на западе провинции Хунань. Перед началом танца исполняется по обычаю старинная песня, воспевающая мастеров—изготовителей барабанов. Затем двое исполнителей с двумя палочками 30-сантиметровой длины в руках становятся по обе стороны барабана и синхронно бьют по нему, в середине еще один человек бьет по боку одинарной палочкой, задавая ритм. От барабанщиков требуется слаженность движений. Вокруг них танцуют мужчины и женщины, число их не ограниченно. Мужчины показывают в танце силу и выносливость, женщины – гибкость и грациозность. Многие движения танца берут начало в трудовых и бытовых работах или гимнастике ушу.

Разновидностью этого танца является парный танец, в котором движения исполнителей могут варьироваться. Иногда оба могут играть на барабане с двух сторон, иногда с одной, а иногда один бьет по барабану, другой подтанцовывает ему. Однако танцоры должны соблюдать контрастность и согласованность движений.

«ТАНЕЦ БАРАБАНОВ СПЛОЧЕНИЯ» исполняется так: Танцующие встают в круг, в середине человек играет на барабане, под этот ритм люди ходят по кругу, покачивая телом и размахивая руками. После каждого танца люди поют песню, затем снова танцуют и так все повторяется. В песнях поется о труде, о любви.

«ТАНЕЦ БАРАБАНОВ ГОДА» почти не отличается по стилю и движениям от предыдущего танца, только прибавляется один медный барабан.

«ТАНЕЦ-СОЛО БАРАБАНОВ», сценический танец, популярный среди мяочан западной части провинции Хунань, часто исполняется в честь урожая и в другие традиционные праздники. Танец подразделяется на мужской и женский. Мужчина-исполнитель бьет в барабан палочками или кулаками, движения его многообразны, одни имитируют повадки зверей, другие напоминают гимнастику ушу.Женщина танцует под бой барабана, в руках у нее две палочки, которыми она время от времени бьет по барабану, стоящему на деревянной подставке. Ее движения имитируют трудовые, например, копание, высаживание рассады, прядение, ткачество или бытовые, как например, смотрит в зеркало, заплетает косы. Движения танца обычно плавные и спокойные, исключение составляют только некоторые районы, где танцуют более резко.

«ОБЕЗЬЯНИЙ ТАНЕЦ БАРАБАНОВ» — мужской танец, требующий определенного мастерства. Он создан на основе «Танца—соло» и «парного танца» всего несколько десятков лет назад. Ему специально обучаются. Во время представления танцор бьет в барабан палочками или кулаками. Танец имитирует движения обезьяны, которая ворует фрукты в храме и нечаянно задевает барабан, передразнивает ее смешные ужимки и растерянность.

«ТАНЕЦ БАРАБАНОВ С ПРИТОПОМ» — коллективный женский танец. Вначале одна из исполнителей поет песню, затем бьет в барабан, задавая танцу ритм. Она играет главную роль, задает тон, ведет весь танец, по ее команде танцующие меняют фигуры. Головы, шеи и руки у танцующих украшены тяжелыми серебряными украшениями, одеты они в тяжелые многослойные юбки, поэтому движения танца очень просты, ограничиваясь легкими взмахами рук и притопыванием.

«ТАНЕЦ МЕДНОГО БАРАБАНА» танцуют под бой барабана, обтянутым кожей только с одной стороны и не имеющим дна. Этот танец является типичным для малых народностей Южного Китая и имеет древнюю историю. У мяочан этот танец приобрел следующую форму: медный барабан вешают перед домом или на площадке, исполнитель одной рукой колотит деревянной колотушкой по медному боку, а другой с колотушкой обтянутой кожей бьет по коже барабана. Танцоры, образуя круг, танцуют под ритмичный бой барабана, наступая и отступая. В апогее танца люди начинают хлопать в ладоши и выкрикивать «хэй-чи-чи». Движения танцоров имитируют охоту, сельскохозяйственный труд и облик и повадки зверей, такие например, как «езда на лошади», «пастьба гусей», «рыбная ловля», «ловля креветок» и т.д.[34]

Выводы к главе 1

Благодаря изучению художественной, научной и публицистической литературы касательно история возникновения и развития народного танца в Китае, используя сравнительный, исторический и аналитический методы, были выделены основные исторические этапы возникновения китайского танцевального искусства; стилистические особенности танца у разных народностей Китая, основные традиции их исполнения, значения для развития людей.

Все 55 национальных меньшинств Китая имеют богатые песенные и танцевальные традиции. По подсчетам, в стране бытует около 1000 видов народных танцев, из которых наиболее известны ханьские “Танец драконов”, “Танец львов”, “Танец с красным шелком” и “Танец с расписными барабанами”, монгольский “Аньдай”, танец тибетцев под музыкальный инструмент “Сяньцзы”, уйгурский танец “Сайнайму”, танец “Тяоюе” народности и, дайский “Танец павлина”, корейский “Танец с веерами”, танец с бамбуковой свирелью “Лушэн” народности мяо, чжуанский “Танец с коромыслами” и другие.

В процессе эволюционного исторического развития танцевальные элементы обрядов преобразовались в отдельный вид танцевального искусства – китайский народный танец.

Главная особенность китайских танцев состоит в том, что в них никто ничего не может понять, сколько их ни смотри и про них ни читай. Ладно еще Пекинская опера – там хоть акробатика, движения масс, боевые искусства, стук и грохот. А вот, скажем, древняя музыка Нанкуан (что означает «Южные ветры») или опера-танец Лиюан (в переводе звучит совсем уж поэтично – «Сад груши»), в которых одинокая флейта вытягивает непостижимо высокую ноту, а в это время почти неподвижная танцовщица медленно искривляет указательный пальчик,– тайна за семью печатями, сродни другим загадочным китайским занятиям: каллиграфии, резьбе по кости и прочим медитативным творческим действиям, требующим выпадания из времени. Когда мы хотим подчеркнуть грацию, мягкость и пластичность движений танцора или, наоборот, его стремительность и порывистость, то часто сравниваем его с каким-нибудь красивым животным. Например, с тигром.

Исследовав наиболее распостраненные китайские народные танцы, можно выделить две основные группы: танец-действие (чаще всего это охота) и танец-животное (как правило, дракон или тигр). Китайцы подарили миру настоящего танцующего тигра. Точнее – танец тигра. Это один из древнейших танцев в мире: он существует в Китае не одно тысячелетие. Представление, которое развлекало двор императора десятки веков назад, до сих пор остается неотъемлемой составляющей китайских праздников и фестивалей. Танец Тигра – это воинское искусство, акробатический номер и театрализованное действие. Как говорят китайцы, «дух воина» передает зрителям мужество, а «дух сцены» заверяет в победе добра над злом.

Чтобы представление в жанре народного танца удалось, одного мастерства танцоров недостаточно, считают Кычано Е.И. и Кравцова М.Е. Они должны буквально почувствовать себя тигром (или его частями, так как одно животное изображают два актера). Каждое движение, каждый шаг передают не только тигриные повадки, но и его чувства, переживания и даже свойства характера: радость, грусть, счастье, злость, испуг, подозрительность и жадность. Еще одна не менее зрелищная китайская танцевальная традиция – Танец Дракона. На больших фестивалях нередко сталкиваются команды Тигра и Дракона. Так вот Тигр ведет себя по отношению к Дракону очень почтительно. Иначе тот захватит Тигра в кольцо своего длинного туловища (его несут несколько человек на специальных шестах), из которого выбраться будет непросто.

Несмотря на массовое увлечение в Украине азиатской культурой, у нас Танец Тигра еще не освоили. Поэтому шансов увидеть танцующего китайского тигра, увы, не так много. Понять древнюю традицию, восхититься мощью и грацией величественного животного нам не удалось. Обстановка тоже этому не способствовала: не хватало китайских фонариков, разноцветных флажков и фестивального шествия.

Для китайцев танцевальное искусство — прежде всего ритуал, существующий на протяжении нескольких императорских династий, символическое действо, полное глубокого смысла и значения. За одно короткое выступление это действо могут понять только сами китайцы.

Танцевальное искусство Китая, как и других народов мира, восходит к архаико-религиозной традиции — к различным по культовой и региональной принадлежности обрядовым акциям. Это, во-первых, мистерии-карнавалы (типа входящего в сценарий очистительного обряда «Большое изгнание»), включавшие в себя шествие ряженых, облаченных в звериные шкуры и с зооморфными масками. Во-вторых, мистерии-инсценировки, воспроизводящие эпизоды жизни божественных персонажей. Такие инсценировки, реконструируемые на материале «Чуских строф», были принадлежностью чуской религиозной традиции. Они разыгрывались местными священнослужителями на основе определенного сценария и включали в себя диалоговую (речитатив-импровизация) и хоровую (хоровое сопровождение) части. В-третьих, придворные театрализованные постановки, как, например, чжоуский «Большой воинский танец», который, по сообщению письменных источников, представлял собой массовое сценическое воплощение покорения чжоусцами иньского государства.

ГЛАВА 2. Становление профессионального танца в Китае

2.1. Искусство балета

Балет в Китае является новым видом танцевального искусства. С начала 50-х до середины 60-х гг. был создан целый ряд балетных спектаклей на исторические и современные темы. В начале 80-х гг. в этом жанре наступило оживление. Было создано более 100 новых спектаклей, среди них выделяется постановка “Цветы на Шелковом пути”, повествующая о дружбе китайского народа эпохи династии Тан с народами других стран. Изящная хореография и тонкий рисунок танцев в сочетании с оригинальностью костюмов тонко передают эмоциональный настрой исторических сцен путешествия по древнему “Шелковому пути”.

Балеты “Чан Э летит на луну”, “Лян Шаньбо и Чжу Интай” и другие, поставленные по мотивам мифических преданий Китая, тоже проходили с известным аншлагом. В последние годы был поставлен целый ряд новых талантливых балетных спектаклей, таких, как “Заброшенная земля”, “Снежинка”, “Роман на реке Миньцзян”, “Принцесса Елань” и другие.[49]

В 50-е гг. на китайскую сцену проник европейский балет. Наряду с классическим русским и западноевропейским репертуаром были поставлены и современные западноевропейские балетные спектакли. Под влиянием коллег из Западной Европы и США китайские балетмейстеры стали формировать собственный стиль.

Начиная с 1979 г. были созданы многоактные балеты по мотивам выдающихся литературных произведений Лу Синя, Ба Цзиня, Цао Юя и Го Можо “Моление о счастье”, “Семья”. “Гроза”, “Печень павлина” и современные балетные спектакли “Седая девушка” и “Красный женский отряд”, а также “Девочка со спичками” по мотивам сказки X. К. Андерсена. В настоящее время в Китае появилось новое поколение артистов балета, которые постоянно совершенствуют и оттачивают свое мастерство. На престижных международных конкурсах они многократно удостаивались высших наград.

Китайский балет — неизменное чувство признательности по отношению к своим корням. Китайцы любят балет, и во время выступления артистов балета всегда испытывают особое чувство.

Можно сказать, 1954 год стал особенным в отношении китайцев к балету. В этот год празднования 5-й годовщины со дня основания КНР балетная труппа Большого Театра СССР впервые выступила с концертом в Китае. Именно с этого времени при поддержке советских мастеров китайский классический балет также начал делать свои первые шаги.[37]

Преподавателю Пекинского института танцев г-ну Сяо Сухуа уже исполнилось 70 лет. Это очень скромный человек, обладающий незаурядным танцевальным даром. Он вырос и обучился искусству балета в России, поэтому и признан среди мастеров балета Китая одним из знатоков русского балета. В 1954 году труппа Большого Театра впервые выступила в Китае, а балет «Лебединое озеро», который знают и любят во всём мире, произвёл глубокое впечатление на народ Китая.

После этого выступления в Китае сразу организовали курсы балета. Под руководством советских мастеров китайским ученикам потребовалось лишь полгода для изучения необходимых дисциплин, на что раньше уходило шесть лет.

Вскоре в Китае появились первые балерины, и в конце 1954 года было создано первое специальное танцевально – балетное училище – Пекинский институт танцев, – куда приезжало много советских мастеров балета с целью обучения китайских студентов.

Именно в этом году двадцатилетний Сяо Сухуа вернулся на Родину и начал учиться в Пекинском институте танцев. Из всех русских преподавателей — Гусев, танцевальный партнёр королевы балета Галины Улановой, — оставил у него самое сильное впечатление. В 1958 году в Пекинском институте танцев был впервые успешно поставлен спектакль «Лебединое озеро», после этого в Китае появился свой »белый лебедь».

Сяо Сухуа сказал, что после постановки балета «Лебединое озеро», усилиями китайских артистов были организованы постановки ряда других известных произведений балета западных стран, в том числе и России. Впоследствии китайский балет начал приобретать черты классического балета.

Балет «Красный женский батальон» стал самым ярким произведением и одновременно дал старт постановке балета с китайской спецификой.

Благодаря успеху «Красного женского батальона», китайский классический балет начал динамично развиваться, появился ряд прекрасных концертных программ.

Теперь китайские балетные труппы неоднократно выступают на различных сценах России, постановка балета »Красные лебеди» получила хороший отзыв у русских зрителей. Китайский балет также пользуется хорошей международной репутацией в Дании и Италии – странах, которые традиционно считаются родиной школы искусств.[3]

Чтобы общаться, друг с другом, большинство людей используют звук. Танцоры на сцене используют руки, ноги и тело. Как и китайский язык, китайский танец обладает собственным уникальным словарем, семантикой и синтаксической структурой, которые дают возможность танцору на сцене выражать свои мысли и чувства — полно, просто и изящно.

2.2. Синтез музыки, пения и танца в китайской драме

Наши знания о классическом китайском танце почерпнуты в основном из труда актера 20 в. Мэй Лань-фана, где сведены воедино отрывочные сведения из документов предшествующих эпох. Опера и драма в Китае имеют сильно стилизованную, полную условностей форму; пение, игра на инструментах и сценическое движение – неразрывные составляющие мастерства китайского актера. В китайском драматическом театре сохраняются многочисленные приемы классического национального танца, хотя сам танец в чистой форме находится здесь в подчиненном положении. Поскольку в китайском театре почти нет декораций, движение и жест несут большую смысловую нагрузку. Столь же важны аксессуары: каждый из них, будь то кресло, стол, шест, кораблик, зонт или веер, являет собой доступный для зрителей символ. Например, свеча в вытянутой руке обозначает, что действие происходит в темноте, хотя при этом сцена может быть залита ярким светом.

Приемы женского и мужского танцев в корне различны. Для мужского танца характерны расставленные колени и растопыренные пальцы рук. В женском танце существует семь типов, каждый со своей жестикуляцией и своим костюмом. Обращают на себя внимание прямая спина и семенящие, почти незаметные шажки танцовщицы; при всей скромности поведения всегда выразительны движения головы. Манипулирование «подобными струящейся воде» рукавами – они шьются из кусков белого шелка длиной в 90 см – представляет собой один из самых изящных и самых трудных элементов техники танца.

Иероглиф «си» в китайском языке — театр, зрелище, игра — состоит из двух частей. Левая — элемент «сюй» означает «Пустоту». Пустота — фундаментальная категория китайской культуры. Это не абсолютное ничто, а средоточие огромной внутренней энергии, «глубочайшее начало» всего на земле. Правая часть иероглифа — «гэ» означает «боевой топор». Театр есть манипуляция актёра топором в пустоте.

Как и всегда в истории истоки китайского театра берут начало в религиозных ритуалах и дворцовых празднествах. А было это ни много ни мало 4 тыс лет назад. Уже тогда различали поющих и танцующих актёров — чаню — и шутов, лицедеев и комиков — пайю. В 206 г. до н.э. большой популярностью начал пользоваться бой си («сто игр»).
Зрители с замиранием сердца следили за шпагоглотателями, канатоходцами, за состязаниями силачей, любовались танцами и красочными играми «драконов». Отсюда и появился иероглиф «СИ» — Театр, а отсюда пошли и каноны китайского мастерства: пение, речь, танцы, движения и боевые искусства.. В XVI в. на юге Китая сложился особый вид театрального искусства — драма кунъцюй.[65]

А к концу XVII в. куньцюй завоевал столичную публику и двор императора и постепенно потерял массового зрителя, превратившись в аристократический вид искусства.

В XVIII столетии появился новый вид театра — цзинси. Он сформировался в столице Китая Пекине, поэтому его часто называют пекинской музыкальной драмой (пекинской оперой).

Особенностью новых мелодий, сопровождавших спектакли, был чёткий ритм, который обусловливал напряжённое развитие действия и обилие батальных мизансцен. В моду входили также спектакли-сериалы, которые шли несколько дней подряд, обрываясь каждый раз на самом интересном эпизоде. Женские роли долгое время исполняли актеры мужчины. Считалось, что только мужчина до конца понимает женскую красоту и может рассказать о ней. Существовали и женские труппы, в которых, наоборот, женщины исполняли мужские партии. Актрис причисляли к женщинам лёгкого поведения, поэтому они выступали отдельно от мужчин. Смешанные труппы появились лишь в XX столетии.

В китайской драме-танце многое условно. Герой делает шаг — это значит, что он выходит за пределы дома; взбирается на стол — оказывается на возвышенности. Взмах плёткой — и зрителям понятно, что он мчится на лошади. Двое актёров пытаются найти друг друга и промахиваются на освещённой сцене — все догадываются, что дело происходит в темноте.
В зависимости от уровня мастерства различали актёров блестящих, совершенных (мяо), божественных (шэнь), красивых, привлекательных (мэй), умелых (нэн). Китайский театр символичен, что характерно для всей восточной культуры.

Квадрат сцены символизирует Землю. Передвижения актёров по овальной траектории — Небо. Очень важным элементом музыкальной драмы в Китае стал костюм, точнее цвет его. Император носил одежду желтого цвета, принцы — абрикосово-желтого, старые сановники — ярко коричневого или белого, князья — красного цвета. Цвет одежды зависел не только от общественного положения персонажа, но и от его характера и грима. Честные и справедливые персонажи обычно носили одежду красного и зеленого цвета, грубые или коварные — одежду черного цвета. Выразительностью актеров китайской драмы «руководят» движения рук и различные пластические позы.[45]

Движения рук отличаются многообразием. Эти пластичные, полные изящества движения выражают различные черты характера. Например, широко раздвинутые пальцы у персонажа свидетельствуют о грубом характере. Движениям пальцев старцев свойственна сдержанность и скованность. Женским персонажам пальцы полагается складывать вместе, что символизирует хрупкость, женственность, изящество. Когда танцор указывает пальцем на себя, на другого человека, на отдаленный, на близкий предмет или просто в пространство, указывает с улыбкой или грустью, и каждому из этих движений соответствует определенная поза.

Четырехчастная композиция цзацзюй не только по количеству, но и по сути совпадает с композиционным членением четверостиший-Цзюэцзюй и восьмистиший-люйши: зачин-подхват-поворот-завершение. В драме эта схема реализуется так: первый акт — экспозиция, намечающая взаимоотношения действующих персонажей и дающая толчок развитию интриги; второй акт — усложнение действия и введение в происходящее новых лиц; третий акт — предельное обострение конфликта и возникновение неожиданной или детективной ситуации, и четвертый акт — разрешение всех загадок и недоразумений, оправдание правых и разоблачение виновных, встреча разлученных и т. д.[26]

Нередко третий акт отделен от второго по сценарию значительным (до 20 лет) промежутком времени, что также совпадает с законами архитектоники восьмистишия-люйши, распадающегося на два четверостишия. Примечательно, что подобная заданность композиции нередко противоречит художественной логике самого драматического произведения. Уже в третьем акте конфликт может быть успешно разрешен, а на долю последнего акта остается лишь формальное доведение всех линий до конца.

От городской повести-хуабэнь драма восприняла живость языка. Прозаические части произведения, включающие в себя монологи, диалоги и ремарки, воспроизводят современную ему разговорную речь независимо даже от образа говорящего: чжоуский, например, князь, сунский полководец, равно как и другие по исторической и общественной принадлежности действующие лица, выражаются в целом одним и тем же языком.

По этому показателю китайская драма решительно отличается от индийской, где господа говорят на санскрите, а слуги — на пракрите. Встречаются, конечно, лексические и стилистические различия, но они полностью соответствуют речевой практике того времени. Комические сцены отличаются нарочито приземленным, грубоватым языком вплоть до ругательств и непристойностей.

Пьеса «Китайский сирота» Вольтера, драма «Китайский герой» итальянца П.Метастазия (1698 — 1782 гг.) и ряд других европейских драматургических произведений с аналогичными названиями являются вариациями на тему китайской пьесы «СиротаиздомаЧжао» Цзи Цзюньсяня (ХШ в.), которая была переведена на французский язык в 30-х гг. XVIII в.[27]

В целом изучение литературно-художественного наследия Китая и его театральной традиции в очередной раз и на материале конкретных примеров убеждает в слитности и органическом единстве всей китайской культуры и в подчиненности различных ее феноменов и явлений общим историко-культурным закономерностям.

Традиционная китайская драма относится скорее к музыкальным, нежели разговорным видам искусства. Хотя это и не опера в западном представлении, ее развитие всегда шло в русле эволюции национальной музыки. Составными элементами китайской драмы в равной степени являются танец, диалог, пение и инструментальная музыка. Язык китайского театра представляет собой сочетание стихов и прозы, литературного и разговорного стиля, причем за каждым компонентом закреплена определенная функция.

Содержание пьес, порой весьма запутанное, составляют, как правило, темы и сюжеты, заимствованные из легенд и исторических хроник. Изображение происходящего далеко от реализма: декорации, за исключением задника, отсутствуют, реквизит сведен к минимуму, время и место действия трактуются произвольно.

Истоки китайской драмы лежат в ритуальном танце и выступлениях придворных шутов. После падения династии Хань (206 до н.э. – 220 н.э.) распространение получает декламация, сопровождаемая пением, танцем и шутовскими репризами; в эпоху Северной династии Ци (550–577 н.э.) появляются первые танцевальные драмы. Наряду с этим к 1 в. н.э. популярность завоевывают представления акробатов, известные как цзаци (смешанные искусства). Этот вид искусства, названный позднее байси (сто представлений), сохранился до наших дней и играет важную роль в пекинской опере.

С этих пор слово си становится общим понятием для любой драмы. Например, цзинси означает «столичная драма», т.е. «пекинская опера». Другим видом развлекательного представления, получившим развитие в эпоху династии Хань, становится театр марионеток (гуэй лэй).[51]

Пение и танцы в рамках драматического сюжета или без него становятся популярными в эпоху династии Тан (618–906). В 11 в. появляется новый музыкальный стиль в представлениях чтецов-декламаторов (чжугундяо), когда в одном произведении используется несколько мелодий различного тона.

Это новшество оказало влияние практически на все последующие драматические школы. Наконец, в северном Китае в эпоху династии Юань (1260–1368) впервые расцветает театр в полном значении этого слова – цзацзюй (смешанная драма). Обычно с этим термином соотносят «северную драму» (бэйцюй) в отличие от «южной драмы» (наньцюй), известной также как сивэнь (драматические тексты).

После того как «северная драма» приходит в упадок, в период расцвета вступает «южная драма» – это происходит в эпоху династии Мин (1368–1644), когда ее называют также цюаньци (изборники историй).

К числу великих драматургов северной школы принадлежат Ван Шифу (ок. 1250), автор драмы Западный флигель, Гуань Ханьцин (1214?–1300?) и Бай Бо (р. 1226). Среди наиболее известных драм южной школы следует назвать Лютню Гао Мина (ок. 1350).

Обычно северная драма состоит из четырех актов. Музыка каждого акта имеет свою тональность, а вокальной партией наделяется только один главный герой. Основным аккомпанирующим инструментом является лютня. Драмы южной школы на акты не делятся, представляя собой множество сцен, музыка каждой из них может звучать в разных тональностях, а вокальные партии исполняются несколькими героями. Аккомпанемент исполняется на флейте и трещотке.[32]

В середине 16 в. распространение получает новый стиль – куньцюй. К наиболее известным пьесам этого стиля относятся Пионовая беседка Тан Сяньцзу (1550–1617) и Дворец бессмертия Хун Шэна (1645–1704). Школу куньцюй отличает внимание к фонетике.

Китайский язык характеризуется двумя главными фонетическими особенностями: моносиллабической природой его иероглифов и инфлексией (изменением голосовой тональности) при произношении. В основном применяется четыре тона, для которых куньцюй разработала развернутый перечень аналогов из мелодических фигур.

В эпоху царствования императора Цянь Луна (1735–1796) многие провинциальные труппы были призваны в Пекин и получили покровительство двора. В результате конкуренции между различными региональными стилями особую популярность завоевывает стиль бихуан, представленный труппой из провинции Аньхой.

В начале 19 в. бихуан сменяет куньцюй в качестве главного стиля театрального искусства Китая. Сегодня традиция бихуан перешла к школе цзинси (или цзинцзюй), которая и известна на Западе как «пекинская опера». В отличие от других школ, цзинси остается живым, развивающимся искусством. За последние сто с лишним лет эта школа ассимилировала особенности других местных стилей, во многом воспользовалась наследием традиции куньцюй и переложила для постановки пьесы как северного, так и южного репертуара.

С музыкальной точки зрения, цзинси присуща известная ограниченность. Вместо сотен типов мелодий, используемых в репертуаре классических школ, она использует не более тридцати мелодий, которые можно разделить на два прототипа: сипи и эрхуан. В зависимости от конкретной драматической ситуации каждый прототип развивается до нескольких «подтипов» – с различным темпом, ритмической структурой и аккомпанементом. Дальнейшие вариации возникают по мере того, как для мелодий создаются новые тексты. Кроме того, каждый певец может варьировать заданную мелодию, исходя из особенностей своего стиля исполнения.[12]

В «пекинской опере» существует четыре категории персонажей: шэн – герой; дань – героиня; цин – мужской персонаж с раскрашенным лицом; чоу – комический персонаж. В зависимости от характера роли актер может петь естественным голосом или фальцетом. Традиционно сложилось так, что женские роли исполняют мужчины, эти партии поются фальцетом. Партии молодых мужчин – персонажей, пришедших из драмы куньцюй, – также исполняются фальцетом.

Главным аккомпанирующим инструментом является двухструнная скрипка эрху с характерным «бриллиантовым» звучанием. Другие инструменты (например, лютня с удлиненным грифом) могут использоваться в качестве дополнительных. Для аккомпанирования процессиям и другим зрелищным мероприятиям может привлекаться оркестр в расширенном составе с дополнением двойных язычковых инструментов. В качестве музыкальных номеров для таких случаев обычно используются фрагменты из драм куньцюй. Ритмическая секция представлена главным образом барабаном высокого тона и трещоткой.

Традиционный аккомпанемент для сценических представлений обеспечивается группой ударных инструментов, в которую обычно входят барабан высокого тона, трещотка, два гонга и малые цимбалы. Значение группы ударных существенно не столько для аранжировки, сколько для выделения акцентов драматического действия.

В их звучании закодировано более 60 смысловых «подсказок», используемых для различных целей, начиная от пояснения происходящего действия до выражения чувств героев. Подобная кодификация характерна не только для музыки. Так, например, существует около 20 типов улыбки или смеха и около 50 способов движения рукавами, длина которых намеренно увеличена для придания жестам грациозности.

Победители конкурса рассказывают о китайском танце

Телевиденье NTD готовится к своему 5-му международному конкурсу классического китайского танца. Тем временем победители прошлых лет делятся опытом, полученным на этих конкурсах, а также рассказывают о сути классического китайского танца.

Многие из победителей — артисты нью-йоркской компании Shen Yun Performing Arts. Она представляет классический китайский танец и музыку на мировой сцене.

Солистка Shen Yun Фаустина Куач рассказывает о напряженных тренировках, которые требуются, чтобы преуспеть в этом виде исполнительского искусства.

[Фаустина Куач, солистка Shen Yun]:
«Мы должны делать растяжку ног, спины и так далее. Так же есть перевороты… позиции, движения, так что есть три части: растяжка и перевороты, базовые движения и упражнения на перекладине».

Фаустина говорит — очень важно и внутреннее состояние танцора.

[Фаустина Куач, солистка Shen Yun]:
«Когда мы изучаем классические движения, это не просто движения — это отражение внутренних чувств во время исполнения этих движений, и это самая сложная часть. Вы не просто передвигаете свои четыре конечности. Вы должны танцевать своим сердцем. И именно это трогает зрителей. Для некоторых людей это самое сложное… так как вам нужно передать суть того героя, чью роль вы исполняете в танце».

Уроженка США, Фаустина Куач выиграла серебро в разряде юниоров в 2010 году. И это несмотря на то, что за неделю до конкурса вывихнула лодыжку.

[Фаустина Куач, солистка Shen Yun]:
«Когда вы на сцене, то намного легче не думать о себе, о физической боли или о нервах и своем страхе… лучше думать о том, как передать идею, наладить контакт со зрителем, и также войти в образ героя, роль которого вы исполняете».

Куач говорит, что атмосфера была очень доброжелательной.

[Фаустина Куач, солистка Shen Yun]:
«Конкурс танца NTD имеет основную цель — передать зрителям красоту китайской культуры, красоту и сущность китайского классического танца. Вот почему мы все здесь. Так что все за кулисами говорили друг другу: «Танцуй как можно лучше»».

Другая солистка Shen Yun Алисон Чэнь говорит, что готова участвовать в соревновании и в этом году.

[Алисон Чэнь, солистка Shen Yun]:
«В этот раз я хочу попробовать новый стиль, так как я никогда еще не танцевала по-настоящему женственный танец одна. Считаю, это будет новым испытанием, но думаю, что будет очень интересно».

Солист Shen Yun Тим У рассказывает о роли конкурса танца NTD.

[Тим У, солист Shen Yun]:
«Конкурс классического танца NTD — это классический китайский танец в чистом виде, и к нему есть соответствующие требования. Он по-настоящему демонстрирует китайскую культуру всему миру».

У завоевал бронзу в мужской категории на первом конкурсе танца NTD. Потом, в 2008 и 2010 годах он получил золото. Говорит — еще не решил, будет ли участвовать в конкурсе в этом году.

Первые этапы конкурса классического танца для региона Азии будут проводится в Гонконге в августе, а финал и церемония награждения — в Нью-Йорке в конце октября.